Я то и дело выныривала из этого забытья и переваривала произошедшее. И усиливал это состояние его запах. Он мне нравится до такой одури, что аж бесит. Натянула толстовку на нос и вдыхаю. Не надоедает.
Моя старшая сестра, когда спрашивала меня о мальчиках, постоянно говорила о химии. И я совершенно не понимала о чём она, да и сейчас не разобралась, но кажется, что это она. Не та, что у Инны Валерьевны на уроках, а настоящая, которая затмила мой разум и не даёт спать.
А ещё меня очень беспокоит Лиза. Хочется прийти к ней, поболтать, поделиться впечатлениями, рассмешить её. Когда она весёлая, она поёт песни из репертуара наших бабушек и смешно танцует, а мы просто катаемся со смеху. Но сегодня она закрыта максимально, да ещё и повела себя некрасиво по отношению ко мне. Просто бросила там. Я уже не злюсь, я быстро отхожу, скорее хочу понять причину.
Но пальму первенства в моих переживаниях забирает Ксюша. Завтра мне придётся ей что-то рассказать. И я не знаю что. Скрывать не хочется, врать тем более. Надо позвонить Катрин и посоветоваться. В конце концов они даже не знакомы, а узнала она о нём, потому что он тусовался с её старшей двоюродной сестрой два года назад.
И постоянно в эти мысли врезается наш поцелуй. Трогаю губы, как будто проверяю на месте ли они. Не думала, что мне так понравится. Хочу увидеть его снова. Днём. Слишком противоречивые впечатления. Он мне совсем не понравился у костра. И безумно понравился после. Он при всей компании целовал девушку и лапал её на наших глазах, но при этом очень вежливый и приятный. И Иришка эта. Она же совсем стрёмная. А как одета, ужас. У него вкус то есть? Я ревную или возмущаюсь. Скорее бы уснуть и проснуться. Утро вечера мудренее.
Утром я своя не своя. Даже не могу доесть свою любимую булочку с маком. Бабушка что-то без умолку рассказывает, но я не могу сосредоточиться и уловить суть. Лиза так со мной и не разговаривает. Может я сделала что-то не так? Хотя, это я должна обижаться, а не она.
Мой брат сообщает, что выезжает через полчаса в Москву. Лиза ушла собирать вещи. Моя мама утром позвонила её маме и сказала, что Саша её привезёт. Опять пытаюсь наладить общение и заглядываю к ней, но она меня игнорит. Прощаемся очень холодно. День какой-то дурацкий.
Наконец, собираюсь с духом и пишу Ксюше. Буду рассказывать по ситуации и по её настроению. Но она только через час пишет, что у неё нет сети. Она едет к нам. Так как сейчас карантин, автобусы междугородние не ходят, а по другому из своей деревни недалеко от озера Себеж, она добраться не может. Поэтому она планировала приехать только в июне. А мы здесь уже с середины апреля, потому что все на удаленке.
— Сюда едешь? Как? С кем?
— Да, мой сосед в Москву едет. Выкинет меня у Завидово, а там меня дядя встретит. Вечером уже буду на месте. К тебе или ко мне? Я так соскучилась!
— Ко мне, конечно. Надеюсь, мои про карантин душнить не будут. Если что в бане посидим. И я!
Ксюше ехать почти шестьсот километров. Она явно подорвалась, потому что думает, что мы теперь будем каждый день гулять с Максом. Я для неё, как пропуск в эту компанию. Она мне это и в том году говорила, что мне стоит только появиться и мы будем с ними гулять, но в том году я была более инфантильная и мальчики меня не интересовали. А за зиму как-то повзрослела. Ксюша просто на полтора года старше, да и интересы у нас разные.
Но мы очень сблизились. У неё совсем несладкая жизнь, я отнеслась к ней с добром и она прониклась ко мне и к моей семье. Я живу и не осознаю какие-то свои привилегии, а она очень гордится дружбой со мной, так и говорит. И от бабушки моей в восторге. Она таких и не встречала никогда, всем про неё рассказывает. Надеюсь, Ксюша не будет на меня обижаться. В конце концов мы просто поцеловались. А за полчаса до меня он целовался с другой. Просто бабник. Так все про него говорят. На него кидается каждая и он всем отвечает взаимностью. Я таких не люблю, значит, вкуса нет.
Срочно звоню Катрин. Мне нужна группа поддержки.
Рассказываю ей про Лизу, она её с детства не очень любит и говорит, что ничего удивительного. А ещё напомнила, как она нас постоянно сдавала и раньше. Я, честно говоря, совершенно не злопамятная, даже себе в убыток. Слушаю Катю и понимаю, что надо быть мудрее. Перемыли кости ей, её кринжовому Коле и перешли к самому интересному.
— Знаешь, что я делала, пока ты тусила?
— Выкладывай!
— Пыталась найти его ВК.
— Бесполезно, Кать, мы в том году месяц просматривали всех семнадцатилетних Максимов из Москвы с Ксюшей. Ноль. Он как-то иначе записан.
— Да, облом. А где учится, не знаешь?
— Без понятия. Так ты слушать будешь?
— Да!
— Он был с девушкой Волка. Они встречались всю зиму, он её даже с мамой познакомил. Приехали вчера праздновать, Волк отошёл чью-то тачку посмотреть, вернулся, а она на коленях у Макса. Прикинь?
— Да ладно? И что? Подрались?
— Нет. Волк стоял и смотрел, как он её весь вечер жмякал при всех. Представляешь?
— Дичь. А Макс то знал, что они встречаются?