Очень скоро леди Маргарет так хорошо освоила это упражнение, что стала предаваться ему каждый день во время сиесты. Для усиления наслаждения она со временем разнообразила программу. Так, однажды ей пришла в голову идея проделать в огурце сквозное отверстие длинной спицей, посредством которой она когда-то связала Томасу шерстяные подштанники. К толстому концу овоща она приспособила резиновую грушу от своего интимного гигиенического прибора и через этот канал впрыскивала в себя, как сперму завоевательницу, струю швейцарского концентрированного молока, рекомендуемого для вскармливания грудных младенцев.
Далее Маргарет изготовила целую коллекцию имитаций членов из различных овощей и фруктов. Руководствуясь прихотями фантазии, она всячески разнообразила свое меню и достигла такого прогресса, что уже никогда не повреждала свои деликатные места, только мурлыкала от удовольствия. Изумительные овощные и фруктовые салаты уносили леди Маргарет в самые райские кущи.
И все же, когда опускались сумерки, природа вступала в свои права, и Маргарет снова охватывало смутное беспокойство. С отвращением она отбрасывала фальшивые инструменты на верхнюю полку шкафа, чтобы горничная их не нашла и не упрекнула в порче хорошей пищи.
Маргарет одевалась, совершала» мэйк-ап» (Означает по-английски то же самое, что «макияж» по-французски) над своим лицом и выходила на улицы в поисках прекрасного незнакомца, который, по ее убеждению, был единственным мужчиной, способным внести успокоение в мир ее безрассудных страстей.
Кто-то сказал Маргарет:
— Если вам нравятся туземные танцы, поезжайте к Канчо.
Однажды в субботу вечером она решилась. Машина долго ехала пустынными улицами мимо темных домов. Наконец шофер остановился у нужного ресторана. Группы людей толпились возле дверей, из-за которых доносились посредственные звуки музыки явно «белого влияния».
Неожиданно среди праздношатающихся зевак она увидела мужчину, которого так долго искала. Он был одет в розовую рубашку и синие брюки.
Маргарет улыбнулась ему:
— Ты узнаешь меня?
Он кивнул головой, но ничего не произнес.
— Почему ты не пришел, как я просила? Снова молчание.
— Хочешь выпить со мной? Мгновение он колебался, потом сказал:
— Только пойдите туда и закажите столик сами. Мне официант откажет.
Он показал на свои рваные брюки и разбитые сандалии. Маргарет внезапно ощутила необычайную нежность.
— Ладно, жди меня.
Она вошла в зал, навстречу ей ринулся готовый обслужить официант. Маргарет выбрала столик рядом с танцплощадкой, откуда было удобно наблюдать за вращениями и выкрутасами лихо отплясывающих парочек. Она заказала шампанское и вернулась к входу, чтобы позвать своего компаньона. Он исчез…
Маргарет в изумлении огляделась, потом спросила шофера своей машины. Тот ничего не заметил. Вспомнив смущение незнакомца, она решила, что тот, возможно, пошел переодеться, вернулась к заказанному столику и стала ждать.
Почти все посетители ресторана были негры или мулаты. Возле бара несколько португальских мулатов играли на гитарах. Женщины были одеты в длинные, развевающиеся открытые платья из красного, зеленого или желтого шелка, но обуты, однако, всего лишь в соломенные сандалии.
Невзирая на удушающую жару, все мужчины были облачены в костюмы. Пили здесь либо пиво, либо коктейли со льдом, либо шипучее вино, бутылку которого официант принес завернутой в салфетку, с претензией, что это шампанское.
Несколько белых, находящихся в зале, по-видимому, решили устроить в этот вечер спектакль для Черных. Джаз, похоже набранный из мелких бизнесменов, попытался безуспешно сымитировать бесшабашный стиль американских негров. Один из музыкантов то и дело выходил вперед и пробовал что-то спеть, но его усилия вызывали у местных только смех. Иногда в круг выходила женщина с впалой грудью и старательно изображала нечто, что, видимо, полагала рок-н-роллом. И посетители, чьи предки знали оргии полуночных ритуальных танцев, добродушно аплодировали ей.
Маргарет стало дурно от этого зрелища. Она была женщиной без предрассудков и отдавалась негру, но находила нечто постыдное в этом унижении расы завоевателей. В какой-то момент она чувствовала, что ненавидит всех в этом зале.
Маргарет встала и покинула ресторан. Некоторое время она расхаживала по улице, но не завидев нигде своего спасителя, вернулась к машине и велела шоферу отвезти ее в гостиницу. Всю дорогу она внимательно смотрела по сторонам, но окраина города в этот час оставляла впечатление безлюдного кладбища.
Наконец уличные фонари остались позади. Машина остановилась возле отеля. Откуда-то доносились звуки механического пианино. Ночной портье, заперев за ней дверь, возобновил прерванный храп.
Голова Маргарет гудела от переживаний. Она быстро разделась, нырнула в постель, и вскоре сон принес ей желанный отдых.
На следующий день она снова отправилась к Канчо. Владелец, в ответ на ее расспросы, посоветовал вернуться сюда к ужину, возможно, кто-нибудь из местных даст ей какую-нибудь информацию о незнакомце.
