— Он хочет ее вернуть, — сказал Кай, и надо отдать брату должное, он сохранил хладнокровие.
— Что это значит? — спросил Ковбой.
Кай прищурился, глядя на двух наших братьев-каджунов. Ублюдку не нравилось, что они задают вопросы касательно его сестры.
— Это значит, что этот мудак еще не покончил с моей сестрой. — Кай наклонился вперед, его глаза горели. — А если он вернется за ней в Остин, я отрежу этому придурку член и заставлю съесть его целиком.
— Наглядно, брат. — Вик пошевелил бровями. — Мне нравится.
— Мы когда-нибудь получим полную историю о том, что произошло много лет назад? — спросил я, и Кай откинулся на спинку стула.
— В конце концов. Но не сегодня, бл*дь.
— Мы должны знать, — сказал Хаш. — Я хочу знать, через что она прошла.
Подозрительный взгляд Кая снова обратился на Хаша и Ковбоя. Оба брата даже не вздрогнули.
— Я сказал, что сейчас вы ни хрена не узнаете.
Никто ни хрена не сказал, поэтому я поднял руку.
— Я еду в свой охотничий домик в эти выходные на пикник. Добро пожаловать. Берите с собой палатки и прочее дерьмо, если хотите остаться.
Я услышал только молчание. Никогда не упоминал о хижине с тех пор, как умер Дев. Я расправил плечи, игнорируя это.
— Приедет мой племянник. Зейн. Хочу познакомить его с вами. Он...
Я прочистил горло.
— Он хороший парень. Обожает байки. Похож на меня. Ему пятнадцать.
— Будущий гребаный Палач! — воскликнул Вик.
Я улыбнулся, задаваясь вопросом, что, черт возьми, Клэр сказала бы об этом.
— Тогда мы будем там, — сказал Кай. — Грейс принадлежит вам почти так же, как и нам.
Я рассмеялся. Она и Сапфира были буквально приклеены друг к другу.
— Сафф тоже никого из вас не встречала. Попытаюсь сделать так, чтобы и она появилась. Она такая чертовски застенчивая. Еще не осмелилась ни с кем познакомиться.
Я чертовски любил этот клуб. Ублюдок собирался жениться через пару недель, возможно, у него не было времени, но он делал это для меня.
Не имело значения, когда тебе нужен был клуб, он всегда был рядом.
— Еще кое-что, — сказал я, когда Стикс поднял молоток. — Райдера я тоже пригласил.
Тишина была мертвецкой.
— Ублюдок поступил неправильно. Понимаю. Но он спас мою сучку и ее дочь. Не было бы ни той, ни другой, если бы он не вмешался. Он убил клановцев в перестрелке, и, черт возьми, он нравится Фиби и Белле.
Я встретил жесткий взгляд Стикса.
— Я понимаю, что он не брат, но я голосую за то, чтобы ему разрешили вернуться к посещению пикников и прочего дерьма. Он хороший док, избавляет нас от необходимости ехать в больницу и вызывать подозрения копов, и он может драться. Не нужно снова воспринимать его как брата, мне на это наплевать. Но я за то, чтобы он вернулся. Подумал, что вы все должны знать.
Стикс раздраженно скривил губы.
— Согласен, — сказал Смайлер.
Это никого не удивило.
— Ах, черт. Я тоже, — пожал плечами Вик.
— И я, — добавил Флейм.
Я спрятал улыбку. Гребаное Психотрио никогда не переставало прикрывать мою спину.
— Мы тоже, — сказал Хаш, указывая на себя и Ковбоя.
Ковбой повернул ко мне голову, поднял свою «Стетсон» и подмигнул.
Стикс стукнул молотком по столу. С церковью было покончено. В ближайшее время никакого решения принято не будет.
Мне было все равно.
Я сказал свое слово.
***
— Они все будут пялиться на меня? — спросила Сапфира у Фиби.
Фиби сделала паузу, расчесывая волосы дочери. Они находились во второй спальне, стены которой теперь были белыми, а кровать — новой, только для Сафф. Вик и Флейм помогли мне переделать комнату. Новые обои, новая мебель. Все новое.
Мы должны были начать все сначала.
— Они жаждут познакомиться с тобой.
Фиби обняла дочь за плечи. Я увидел, как глаза Сапфиры опустились от этого жеста, а на губах появилась гребаная улыбка. Эти двое убивали меня каждый день.
