Богдана попросила время на раздумья, и выпив чаю с душистым медом вышла на улицу. Велес сказал, что здесь ей нечего бояться, избушка от людей скрыта, а животные ее не тронут. Обойдя дом вокруг, она увидела сзади качели и огромную берёзу, присела на них и слегка оттолкнувшись ногами принялась раскачиваться. А сама при этом не понимала себя. Вот привели ее в незнакомый дом, можно сказать притащили, а она не боится, более того ей здесь даже спокойнее чем было в усадьбе, вспомнила опять про родителей и брата, а еще про Елизавету, нет домой не вернется, жить ей где-то нужно, здесь вроде бы безопасно, да и если тьма возьмет над ней верх некого здесь обижать и ранить, а уж Велес справиться с ней одной.
— Ну что, накачалась Сорока, пошли хозяйство свое покажу, — девушка открыла глаза и увидела старика перед собой.
— Пойдем дедушка, — девушка спрыгнула с качелей и пошла к большому сараю, отперев ворота, старик зашел внутрь. У столба стояла корова, да такая красивая, пестрая, с рыжими пятнами и большими глазами, медленно жевала пучок травы.
— Ну идем кормилица моя, пора на луг выходить, свежей травки поесть, — с этими словами он похлопал ее по боку, и корова направилась к выходу. Хоть Богдана и выросла в доме мельника, никого кроме лошади они не держали, поэтому корове она даже обрадовалась, молоко то она любила пить. Возле дома на лугу уже ходила лошадь, точнее конь, черный как крыло ворона.
— А это Индрик, — ну пойдем я тебе еще баню покажу, столько дней в лесу провела, нужно затопить ее, да и искупаешься, парком свои страхи прогонишь, душу полечишь.
Баня была то же большой со множеством веников и тазиков, по полкам громоздились баночки с разными мазями, мешочки с чем-то пахучим. В такой бане мыться за радость. Растопив печь, Велес отлучился домой, принес Богдане новое платье и кувшин кваса. Сам вышел и оставил ее одну. Девушка все думала, как он за всем этим смотрит, откуда взял женскую рубаху. Она хоть и была простой, да видно, что шила ее умелая рука и украшена она была с душой, а аромат от нее был такой, как будто родной и давно забытый. Вдоволь попарившись и помывшись, она почувствовала себя такой бодрой, что готова была горы свернуть. Войдя в дом, старика не застала, а потому поднялась наверх на поиски своей сумки. Нашлась она быстро, девушка по привычке засунула ее под подушку. Она достала серп и тщательно его обтерла чистой тряпицей, завернула и положила назад, достала мешочки, все их перенюхала и выложила на стол. Следом за этим извлекла книгу и полистала ее. Провела пальцем по пустым страницам. В ее памяти опять возник образ Елизаветы. Она отложила книгу на кровать. Глаза княгини так и стояли перед ее взором. Зажмурившись она силилась прогнать этот образ, но все было напрасно. Чернота опять начала заполнять ее взор, она это поняла даже, не открывая глаз. Крепче сжав кулаки зарычала, даже и сам не поняла, как издала такой звук, потом боль пронзила ее голову, и вспышка ослепила ее.
***
Очнулась она от того, что морщинистые руки гладили ее по лицу.
— Ну же доченька, очнись, ничего страшного, будь сильной, а я помогу тебе, — голос Велеса доносился, как сквозь вату.
Богдана разлепила веки с трудом, она лежала на кровати, книга упала на пол, рядом стоял старик и гладил ее по голове.
— Что со мной, скажи, ты ведь знаешь, не молчи, прошу, меня что-то убивает, — голос девушки дрожал и она готова была расплакаться.
— Нет, это тебя не убьет, но нужно научиться жить с этим. Ты полежи немного, а как придешь в себя спускайся вниз. — с этими словами он поднял книгу с пола и внимательно на нее посмотрел, — Откуда она у тебя?
— Мне дала ее одна женщина, она спасла мою семью, а сама погибла, я не могу все прочесть там, часть текста скрыта, — Богдана мучительно прикрыла глаза, — Вокруг одни тайны, я приношу всем несчастья и Вам принесу, зря Вы меня приютили.
— Не говори глупостей, не забудь я жду тебя внизу, — он повернулся и вышел из комнаты.
Богдана еще немного полежала и отправилась вниз, Велес сидел за столом с кружкой и протянул ее девушке, когда та спустилась и подошла к нему.
— Всего рассказать я тебе не могу, многое нельзя открывать так просто, но я помогу тебе, потом поймешь, не сейчас, — он накрыл ее руку своей ладонью, и девушка ощутила тепло.
— А теперь нужно поесть, нам обоим понадобятся силы, — сказав это он достал большой каравай хлеба, налил им вчерашней похлебки и по кружке молока. Богдана с удовольствием все съела и поблагодарила.