Красивые арочные окна, каждое из них открывалось. И тут открыть окна не было страшно. Наверное, запахи с улицы тоже повлиял на мою любовь с первого взгляда на жилье.
Небольшая простая кухня единственная выходила окнами в переулок, но вот под ней оказалась пекарня.
В животе сразу заурчало, но решила дождаться моего эльфа.
Проверим остальные комнаты, сразу же решила прихватизировать одну из маленьких комнат под свой кабинет. И потом наследство мое им будет проще разобрать.
Взяв тряпку и тазик, найденные в кладовке, отправилась наводить чистоту.
Можно было спокойно магией, да и резерву моему это не было бы большой нагрузкой. Но хотелось поработать руками. Еще раз обдумать все происходящее, эту спешку и новый образ жизни, который начинается сегодня.
Маара и ректор со смеху умерли бы, узнай, что я тут затеяла спокойную семейную жизнь. Осталось научиться пироги печь.
Пыль быстро закончилась, а стоило мне поднять таз с грязной водой, чтобы вылить его, как вернулся Ал с несколькими сумками.
Сразу же он сбросил сумки у двери и, кинув взгляд на еще влажный пол, быстро разулся и пошел ко мне, смотря чуть недовольно.
Эльф забрал таз и сам вылил в уборную.
Не поняла, что случилось, замерев на месте. Ал же, помыв руки, вернулся и осторожно взял мои ладони в свои, заглядывая в глаза.
— Рин, я… Нам точно нужно будет обсудить правила жизни вместе, — неловко улыбнулся он, явно собираясь сказать что-то другое, но не осмелившись.
— Хорошо, — кивнула я, чувствуя, как кровь прилила к щекам. Я категорически к такому не привыкла. Но… Готова привыкать. — Поможешь поставить защиту? Я, пока убиралась, увидела несколько мест, удачных для маячков и печатей.
Вместе мы быстро справились с защитой, вплетя в нее доступ нашим близким. И нехотя он позволил пускать сюда Исрафэля. Все же мой контракт еще не завершен, о чем рассказала ему тоже.
Я уже поняла, что княжеские стражники много ему рассказать успели. Но он тактично не показывал свое знание, а позволял мне самой все рассказывать. И мне это очень нравилось, было легче. Спокойнее…
Миктлан только за мое возвращение в ее таверну, но Ал попросил подождать завтрашний день. Он попробует взять отпуск, отгулы или хотя бы ночные смены, чтобы мы могли проводить время вместе.
Это все было так… Странно. И в голове совсем не укладывалось. И я более чем уверена, что будь у нас родители, нам бы голову оторвали.
Но родителей у нас нет, а у нас времени так мало, чтобы тратить его на всякую ерунду.
Пока разбирали вещи и готовили еду, я рассказывала о себе. Все. Без утайки. Ну, то, что можно было рассказать с учетом клятв.
Как меня выкупили Ищущие — сектанты, опасные для самого нашего мира своими идеями, как убивала тех, кто был не согласен им помогать, как меня использовали для опытов, о которых мало что помнила, как похищала для шантажа детей под действием поводка, как под ним же сквозь боль участвовала в покушении на подругу, которая тогда была Сапфировой Княгиней, как она выжила и благодаря ей я обрела немного свободы и стала служить Князю, как убивала последний год врагов Сапфира, заговорщиков против мира с людьми, как воровала для него артефакты, возвращаяя их в княжескую сокровищницу.
Он слушал внимательно, иногда задавал вопросы… И я видела, как его многое злило. Но я искренне радовалась, что эльф не начал жалеть меня или презирать.
Впервые, мне было так спокойно.
Иногда он слишком опекал, это было непривычно и раздражало.
— Рин, — позвал он меня, стоило нам закончить ужин и мыть посуду за собой, пока я профессионально натирала тарелки.
— Что? — отвлеклась я на мужчину, резко прекратившего вытирать стол.
Он отложил тряпку и медленно подошел ко мне, забирая тарелку из моих рук.
От его медленных странный действий, взгляда сердце учащенно забилось, а дыхание сбилось.
Его взгляд… Впервые на меня так смотрели.
Столько восхищения, нежности…
Он взял мои ладони и поднес к губам, целуя пальцы, незаметно коснувшись браслета на руке.
Чуть смутилась, сама не понимая чего.
— Рин… — его голос осип, вызывая мурашки, сразу забегавшие по спине. — Я люблю тебя…
Очень тихий шепот набатом прошелся по ушам.
Кажется, я даже забыла, как дышать.
Осторожно подняла глаза на него, боясь, что ослышалась.
— Повтори, пожалуйста… — еще тише попросила я, утонув в его глазах, ставших настоящим омутом.
Он кашлянул, прочищая горло, и четко, громко повторил:
— Рин, я люблю тебя. Очень.
От слов его ноги подкосились, а я не упала только потому что он подхватил меня на руки.
Мужчина подкинул на руках, перехватывая удобнее и понес в спальню.
Он осторожно уложил меня на кровать, осторожно нависнув надо мной.
Мягким поцелуем он коснулся моих губ, увлекая в нежный поцелуй.
— Я люблю тебя, — повторил он тихо в губы, стоило оторваться ему от меня. Интимно тихо. Он прикрыл глаза, касаясь кончиком носа щеки, скулы… Осторожные, чуть щекочущие прикосновения, его дыхание — все это будоражило. — Я люблю тебя больше жизни, хочу, чтобы знала, запомнила. И чтобы весь мир знал…
— Ал…
Слова застряли в горле.
Как же я хочу повторить эти слова… Я разделяю его чувства. Всем сердцем и душой.
