- Прекратите! Если вы так хотите поругаться, сделаете это после ужина, - Селеста была в ярости. Ей уже надоело смотреть, как Сэриэл спорит с дочерью. Каждый день одно и то же: Дэлион выводит его из себя, так что король вымещает зло на подданных (его, наверное, скоро будут считать тираном), а тот, в отместку, придумывает для нее еще какую-нибудь "работу для наследницы престола", после чего психует уже Дэлион, и опять доводит Сэриэла. Замкнутый круг! Но, может быть, поступив в академию, девушка возьмется за ум, да и король перестанет относиться к ней, как к взбалмошной девчонке. Ведь Дэлион очень умна для своего довольно таки молодого возраста, ей всего лишь чуть больше сотни лет отроду.
Селеста знала, что завести еще одного ребенка, когда у них уже имелось двое детей, не было ошибкой. Давно, еще когда двое ее старших детей - Элан и Мирана - были живы, она узнала, что беременна. Срок рождения ребенка выпадал на в общем-то обычный день, но не для тех, кто был знаком с некими древними записями. Сэриэл был против рождения этого ребенка, но Селеста настояла, и вскоре у нее родилась Дэлион. Это имя дал ей старший брат Элан. Именно он нянчился с ней все ее детство. Принцессе было всего тринадцать лет, когда Элан и Мирана погибли от якобы несчастного случая, и Дэлион стала наследницей. На плечи еще совсем юной эльфийки свалилась огромная ответственность и горе, Элан был для нее ближе, чем отец.
Обед закончился, и девочки разбежались, Сорэн увязался за ними. Селеста и Сэриэл остались одни.
- Какие непоседы, - сказал с улыбкой эльф, когда Келон и Сорэн выбежали за дверь
Селеста сощурилась, глядя на своего мужа.
- Ты никогда так тепло не отзывался о Дэлион.
- Селеста, я...
- Не надо, не оправдывайся, я и так все знаю. Просто ты боишься того, что случится. Слишком тяжело далась нам потеря Элана и Мираны, и ты знаешь, что у Дэлион судьба не лучше.
- Ты хорошо видела суть вещей.
- Ты преувеличиваешь, - Селеста опустила голову, и глаза у нее заблестели. - Мне кажется, что мы ее предаем.
- Дорогая, она всего лишь идет в академию.
- Но мы же знаем, что это скоро случиться и, фактически, отсылаем ее, - теперь слезы прочертили две дорожки на ее лице.
- Для ее же блага. Будем надеяться, что все останется как есть, а если нет, то это будет уже не наша дочь.
Раннее утро. Как же хорошо! Даже несмотря на то, что за окном льет дождь, настроение было просто прекрасное. Сегодня я, наконец-таки, свалю из этого милого местечка под названием Дворец повелителя эльфов. Я даже не помнила, когда себя чувствовала так хорошо. Еще немного повалявшись в постели, я поняла, что это все, конечно, хорошо, но нужно собираться, портал открывается в полдень, а потом несколько лет свободы!
Я от счастья принялась прыгать по комнате, и вот именно в этот момент ко мне ввалилась Келон. Той вообще было, как будто наплевать на закрытые двери. Она постоянно куда-то влезает, исключительно из-за своего любопытства. И мне всегда кажется, что однажды она таки допрыгается. Конечно, тогда я еще не знала, как придется попрыгать мне. Но сейчас я была так счастлива, что как только Келон вошла, я подхватила ее и вместе с ней закружилась по комнате.
- У тебя точно крыша поехала, - недовольно буркнула сестричка, выворачиваясь из моих цепких лапок. - Вчера ты весь мир хотела загрызть из-за этого университета, а сегодня веселишься, как дурочка.
- Да ладно тебе, представь, теперь ты будешь за старшую, и все будут доставать тебя, а не меня, - меня, если честно, всегда раздражало то, что все шишки всегда доставались именно мне, даже если виноваты были Келон или Сорэн. Отец все время твердил, что это не важно, что я наследница и должна уметь отвечать не только за свои шалости.
- И что? - Келон скрестила руки на груди и прислонилась к стене. - Между прочим, через год я присоединюсь к твоей каторге.
- Да ты что? Какая каторга? Это же свобода! - я опять протанцевала по комнате. - Я еще никогда не была так счастлива.
- Ты смотри, осторожно, если отец узнает, что ты этим так довольна, он ведь все может отменить.
- А ты, никак, решила меня шантажировать, да? И это - родная и любимая сестра!
- Конечно любимая, потому что единственная.
Странно, но эти слова, как-то больно кольнули меня. Келон не знала ни Элана, ни Мирану, она тогда еще не родилась. А вот я прекрасно помнила и их, и день их смерти, я тогда была с ними.
Я никому об этом не рассказывала, поэтому Келон и не поняла, почему я вдруг помрачнела. А я не хотела ее расстраивать. Поэтому быстро оделась в приготовленное обыкновенное дворцовое платье (кстати, та еще муть - невероятное переплетение ткани, различных тесемок и веревочек, которое в собранном состоянии смотрелось довольно красиво, вот только передвигаться в этом сооружении было практически не возможно, не дай свет за что-нибудь зацепишься, и вся эта красота просто с тебя слетит). Я закрепила волосы витым обручем и, вытолкав сестрицу за дверь, сама также удалилась из комнаты.