Затаив дыхание, Девлет ощупал рогожу. Да, под грубым материалом, несомненно, его сабля. И все же нужно в этом убедиться, увидеть оружие своими глазами.
— Ждите меня здесь, — приказал он гонцу и визирю и спешно удалился в соседние покои. Там, в тишине, при тусклом свете, пробивавшемся из окон, он сдернул рогожу, и великолепное оружие, расставшееся с ним на двадцать лет, упало к его ногам. Заискрились бриллианты, заиграли изумруды. Душа Девлета тоже засверкала яркими красками. Он поднял саблю и прижал к своей груди.
— Ну что, Сахиб, — усмехнулся он, — жаль, что ты меня не слышишь, дорогой дядя. Помнишь, когда-то я предупреждал тебя, что сабля возвращается к хозяину, а владельцу, который незаконно отнял ее, приносит несчастья. Вряд ли твое пребывание на троне постоянно приносило тебе радость. Ты пребывал в непрерывном волнении от бесконечных распрей внутри своего ханства.
Он коснулся клинка сабли губами, почувствовав холод стали, и собрался было спрятать ее под кроватью, но передумал.
«Из моей попытки скрыть оружие великого предка ничего не выйдет, — решил хан. — Глупо будет, если такая сабля станет пылиться в тайнике дворца. Она должна находиться со мной. Только тогда я добьюсь победы над врагом».
Гордо подняв голову, он отправился в тронный зал. Удивленные его отсутствием, визирь и гонец тихо переговаривались друг с другом. Увидев Девлета, оба вздрогнули от неожиданности: черные глаза хана лучились радостью, будто сегодня он выиграл самую трудную в своей жизни битву.
— Дядя Сахиб на прощанье передал мне это. — Девлет поднял саблю над головой, и она сверкнула, как молния. — Это оружие моего предка, Чингисхана. Оно всегда приносило ему удачу. И я надеюсь, принесет и мне. Москва будет повержена.
Последние слова он произнес угрожающе, добавив:
— Я не завидую тем, кто встанет у меня на пути. С ними случится то же самое, что и с коварным Сахиб Гиреем.
Визирь и гонец преклонили перед ним колена и не произносили ни слова.
— Впрочем, Сахиб Гирей был моим родственником, — продолжал Девлет, — и его прах не должен упокоиться где попало. — Он поднял глаза на гонца. — Поезжай в Тамань и прикажи Булюк Гирею привезти сюда тело. Мой дядя и двоюродный брат будут похоронены в мавзолее Хаджи Гирея.
Визирь Мустафа-ага сверкнул черными глазами:
— Великий хан, сегодня ты уничтожил весь род Сахиб Гирея! — торжественно провозгласил он.
