— Не перебивай меня. Я очень хотела с ней поговорить и когда я нашла эту книгу и увидела в ней ритуал призыва мертвого я решила, что это шанс. Тебе я говорить ничего не стала, знаю ты не веришь в подобное и считаешь меня полной дурой. Но я провела его в её комнате. Но у меня так ничего и не вышло. Точнее я думала, что у меня ничего не вышло. Но может все получилось? Может она просто не хочет со мной разговаривать.
Михаил молча положил руку на плечо сестре, она замерла, а затем продолжил убирать траву.
— Я призову её и позволю вселится в свое тело, а ты задашь вопросы и скажешь от меня извинения, я все записала на листке.
— Тут написано про жертвоприношение.
— Это нам понадобилось бы если бы делали переселение её души в мое тело навсегда. А так нам ведь просто поговорить.
Наконец она закончила убирать траву и нарисовав на земле странный символ значение, которого не понимала принялась втыкать в землю свечи и зажигать их.
— Явись перед дочерью своей, веселись в тело что крови с тобой одной прошу тебя, заклинаю тебя, приказываю тебе. — Она стояла на коленях и продолжала повторять одну и ту же фразу, и ей стало казаться будто что-то происходит необычная лёгкость наполнила её тело, а пламя свечей начало разгорается и расти в высь.
Настя сидела, закутавшись под столом, ей стало казаться что в доме стало значительно холоднее, и наблюдала как бабушка дрожащими руками подносит ложку ко рту и ест противную холодную манную кашу с комочками. Удивительно как такое просто действие давалось ей с таким большим трудом. На вверху начали раздавятся странные крики от чего сердце девочки застучало с такой силой о грудную клетку, что казалось сейчас вырвется наружу. Бабушка на это внимания не обратила, она сняла свой слуховой аппарат и ничего не слышала.
— Не бойся. — Такой тихий голос словно ласковый шёпот ветра.
Перед глазами девушки предстала невероятно красивая женщина, с самой доброй улыбкой на свете. Она светилась словно сказочная фея и погладила девочку по голове. От этого действия холод на мгновение сковал все детское тело, но тут же пропал. Насте было все равно на холод, ведь перед ней сидел самый важный человек чей образ хранился у неё на задворках памяти, и теперь она жадно смотрела, пытаясь запомнить каждую чёрточку этого лица.
— Мама. — Женщина лишь улыбнулась и приложила палец к губам призывая к тишине.
— Не стоит говорить ты беспокоить свою бабушку. А ей сейчас так плохо. Мне станет гораздо легче если ты поможешь мне избавить твою бабушку от нескончаемых переживаний и боли. — Только что она сидела, а затем в один миг исчезла и оказалась около дверей. Настя осторожно выбралась и поспешила за ней. Только она протянула руку чтобы взять маму за руку, как та тут же переместилась в коридор. Девочка снова поспешила за ней. Таким не хитрым образом они добрались до кухни.
— Чтобы людям становилось легче они пьют таблетки.
— Чтобы людям становилось легче они пьют таблетки. Возьми их и растолки в порошок, а затем добавишь их бабушке в кашу. И ей станет легче. Ты ведь хочешь, чтобы ей стало легче?
Настя кивнула и встав на табуретку достала до верхней полки. Там было огромное количество самых разных лекарств. Она неуверенно обернулась.
— Таблетки лечат, а значит, чем больше, тем лучше. Так что доставай все.
Звучало логично, и она достала их всех. Руки немного дрожали от холода, но она продолжала доставать каждую таблетку из упаковки, а затем давила их молотком для отбивной. А затем взяв руками получившийся порошок побежала помогать. Когда она зашла в комнату, мама уже была там. Она стояла прямо перед бабушкой, а та не обращала на неё никакого внимания. Затем женщина переместилась к столу и легким движением руки заставила вазу упасть. Анжела повернулась на звук, она никого не видела, но чувствовало, что что-то здесь не так. Ей казалось, что её слабые глаза видят женскую фигуру с волосами цвета листвы осенних деревьев. Стоило ей сосредотачивается, и она понимала, что перед ней никого нет. Но нечто внутри неё подсказывала ей что очень даже есть, более того она прекрасно понимала, что это не Елена зашла её проверить. Но она не боялась, ей уже глубоко всё равно и отвернувшись она продолжила есть кашу, вкуса которой уже давно не чувствовала.
Как только бабушка отвернулась Настя осторожно подбежала и высыпала все ей в тарелку. Просто чудо, что та ничего не заметила и довольная собой выбежала в коридор.
— Скоро твоей бабушке станет очень легко. Но в доме все ещё так холодно. Нужно его согреть.
Настя, радостно кивнув побежала разводить огонь в камине.
— Что толку от огня в камине? Мы ведь хотим согреть дом.
Настя неуверенно остановилось. С огнем шутки плохи, ей говорили это старшие. Вдруг она услышала чью-то просьбу о помощи.
— Слышишь? Они просят тебя помочь, ибо холод давно пропитал этот дом и теперь проникает в их кости и сердце. Ты ведь хочешь им помочь?