— Я всегда говорил, что ведьмы и люди никогда не смогу ужиться вместе. Рано или поздно обязательно кто-нибудь погибнет, — будничным тоном сказал мужчина, сняв амулет с шеи, скрывавший его истинную силу и настоящий энергетический фон.
— Да что вы, смертные, о нас знаете и какое имеете право, чтобы судить нас? — спрашиваю у него слегка вибрирующим за счёт магии голосом, из-за чего он звучал довольно жутковато и излишне властно. — Ещё скажи, что это я его разорвала на части!
Я всеми усилиями пыталась заглушить в себе подкатывающую истерику. Меня одолевало неудержимое желание наложить проклятие по последним следам ауры оборотней для начала положения пути мести. А тут ещё и объявился опасный охотник с устрашающей аурой и силой, против которого у меня слишком мало шансов, чтобы выстоять в бою. От части даже рада, что он заявился не по мою душу.
— Ты и без меня прекрасно знаешь, кто причастен к убийству лекаря, — хмыкнул он, а после развернулся и ушёл, больше ничего так и не сказав. И снова не убив меня…
Пришлось приложить немало усилий, чтобы не отправить вдогонку оборотням проклятие прямо сейчас. Это было бы моей роковой и необдуманной ошибкой. Всё-таки я не знаю, как много волков в их стае на самом деле и есть ли кто из расположенных к колдовству в их рядах. Искать их нужно со здравым умом, а не на эмоциях. Затуманенный разум, охваченный лишь одержимостью мести, будет толкать на глупости в такой ситуации и больше сыграет против меня, чем за.
Есть ещё одна особенность того места, где я провела несколько лет, привыкая к боли. Один из приоритетных приобретаемых навыков заключается в полной самоизоляции от всех эмоций на некоторое время. Именно эта способность сейчас была как никогда кстати, ведь я не могу себе доверять на все сто процентов и быть уверенной хоть в чём-то. Всё же Гилберт не был мне совсем уж чужим и отчасти я успела привязаться к нему, а значит могу поддаться некоторым слабостям и натворить глупости.
Без отвращения осмотрела помещение, стараясь подметить каждую мелочь. Характерные рубцы на двери и полу явственно указывали на попытки сопротивления жертвы. Гилберт боролся за свою жизнь… Понимал, что не сможет ничего сделать, но старался убежать от врагов. Старику намеренно внушили и дали почувствовать, что есть шанс на успешный побег и дальнейшее выживание. Чтобы потом подло растоптать последнюю надежду на спасение.
Его схватили за лодыжки и потянули обратно. Руки смертного цеплялись за всё, что попадалось на пути и могло хоть как-то замедлить его перемещение. Силы простого человека на фоне оборотня подобны трепыханиям мухи, попавшей в сеть коварного паука…
Наклонила голову на бок, перестраивая потоки магии в пространстве, чтобы удостовериться в собственных догадках, и сознанием возвращаясь в прошлое. Одна из немногих и довольно редких способностей тёмных ведьм. Далеко не каждая способна провернуть столь сложный процесс, ещё и не спонтанно, а намеренно.
Перед глазами в миг заплясал ветряной вихрь аур, который словно притягивает к себе всё, до чего только сможет дотянуться. Мгновение — и я, как посторонний наблюдатель, оказываюсь незадолго до появления стаи оборотней в лавке лекарств. Вокруг что-то неспокойное, хоть посетителей ещё не было.
Гилберт напряжённо покручивал на пальце памятное кольцо, когда-то подаренное его дочерью. Её последний подарок и напоминание о прошлом, о важном человеке для доброго старичка. Взгляд был подозрительно затуманен, а поседевшие брови то и дело сходились на переносице. Он что-то бормочет себе под нос, но я не понимаю ни единого слова, даже когда подхожу вплотную и замираю в шаге от человека.
Раздаётся тревожный звон колокольчика. Старик вздрагивает и тут же опускает руки, переводя мрачный и решительный взгляд на посетителей. Их было четверо, остальные остались снаружи. Все высокие как на подбор, бледнокожие и с натренированными на вид телами. От одного лишь взгляда на них внутри всё начинало трепетать и сжиматься от страха. Сила, исходящая от них, была настолько сильной и давящей, что человек мог просто не выдержать её напора и замертво свалиться с ног. Именно этот факт — одна из причин, почему сверхсущества издавна начали скрывать свою истинную силу и ауру. Но, к сожалению, находятся индивиды, плевавшие на правила и приличия.