Я мало училась, но вот зато речь у меня всегда была правильной. Я называю ее адвокатессой только потому, чтобы отличить ее от ее мужа, адвоката. Он известный адвокат по уголовным делам. Но и моя адвокатесса тоже большая умница. Да, она умница.
Мой процесс будет долгим, но я не собираюсь отступать. И даже когда я думаю, что мне, может, никто не поверит, что я проиграю, – даже и тогда я не иду на попятный.
Ну а когда падает духом адвокатесса, то вот тогда-то ободряю ее я. А вот когда прихожу в уныние я, ободряет меня она.
Розальба очень красивая. Красивая и высокая. Она всегда говорит прямо и по существу. Она из тех женщин, которые работают и всегда спешат. Она водит внедорожник с автоматической коробкой передач, курит синий «Пэлл-Мэлл» и не заправляет джинсы в сапоги. И походка у нее крепкая, мужская.
Иногда я даже живу у нее дома. То есть ночевать я возвращаюсь к себе домой, но вот зато день я провожу у нее. Ее дом для меня как убежище. А при доме у нее прекрасный сад, где полно разных растений и цветов. А еще у адвокатессы есть маленькая комнатная собачка по кличке Уго. Я ее просто обожаю, а она обожает меня, и мы ее тискаем и балуем.
Когда я только подхожу к воротам дома адвокатессы и только собираюсь в него позвонить, Уго уже чувствует, что это я, и бежит ко мне навстречу, чтобы поздороваться.
Благодаря адвокатессе и ее мужу я наконец поняла, что это такое – жить нормальной жизнью, по утрам в воскресенье заниматься садом, обедать всем вместе, получать подарки.
С того дня как я подала заявление, в моей жизни столько всего изменилось! И все благодаря карабинерам и адвокатессе. Родные отнеслись к моему решению с пониманием. А вот моя адвокатесса Розальба его поддержала. А это совсем другое дело. Это требует мужества. В своем доме я чувствовала себя опустошенной, но вот в доме Розальбы я набиралась сил. Благодаря ей я уже ни в чем не сомневаюсь. Она меня ободряет – и я терпеливо переношу осмотры гинеколога, беседы с психиатрами и допросы. Благодаря ей я не боюсь участвовать в судебном процессе.
28 октября 2002 года генеральный прокурор Адорнато потребовал у судьи арестовать шестерых насильников, на которых я написала заявление. А 30 октября карабинеры из полицейского управления Сан-Мартино подарили мне Диану. Они позвали меня в сад и сказали, чтобы я заглянула в печную духовку и посмотрела, что там такое. Сначала я ничего не поняла. А потом открыла заслонку и увидела, что на обожженных кирпичах лежит красное одеяльце, а на нем – белый пушистый клубочек с двумя блестящими глазками.
– Мы нашли его недалеко от нашего участка, и теперь он твой. Или, вернее, она твоя, потому что это не щенок, а собачка. Это, конечно, не Сисси, но вот увидишь, она еще вырастет и станет отличной сторожевой собакой. Это помесь мареммо-абруццкой овчарки[32].
Когда я взяла ее на руки и она начала мне облизывать лицо, мне показалось, что я схожу с ума от радости.
Я ее сразу же полюбила. Заметно, что карабинеры полицейского участка Сан-Мартино просто счастливы, что им пришла в голову эта мысль.
Я решила назвать ее Дианой. Просто так, без всякого повода: это было первое имя, которое пришло мне на ум. Но вот моя адвокатесса объяснила мне одну вещь, которую я не знала. Она объяснила мне, что Диана – это богиня охоты и сражений. И это имя как нельзя лучше подходит тому, кому предстоят суровые битвы.
А еще она мне сказала, что Диана – покровительница женщин.
Вот так Диана и вошла в мою жизнь.
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
