Проклятье египетского жреца полностью

– Я верил в вас, Аристарх Венедиктович, верил, что вы сможете распутать это дело, не зря я вам презентовал один маленький камешек, – князь лукаво подмигнул сыщику. – Я верил, что с такой мотивацией вы сможете усерднее искать преступника.

– Да здравствует мотивация и благотворительность! – поднял бокал шампанского купец Владимирский.

А Глафира снова устало улыбнулась, придерживая больное горло носовым платком.

«Моя милая Кэти, мой любимый Филипп, я знаю, что вы не получите это письмо, что вы давно считаете меня умершим. Но это, наверное, так и есть. Я действительно умер в этой далекой холодной дикой стране с диким народом и еще более дикой медициной.

Меня запрятали в лечебницу для умалишенных, не буду рассказывать, какие страшные процедуры мне пришлось здесь пройти. Не могу вам рассказать и обо всех ужасах, здесь творящихся.

Мне действительно суждено умереть в этом холодном и мрачном городе на Неве.

Только любовь к вам не позволила мне сойти с ума, но я знаю, что скоро это случится. Скоро и меня погубят в стенах этой лечебницы.

Каким-то чудом мне удалось достать лист бумаги, который позволит мне выразить мои мысли, а главное – открыть великую тайну: я знаю, я действительно знаю, где находится бородка левого сфинкса.

Я знаю это, потому что сам ее и спрятал, и она должна остаться в забвении в этом тайнике, чтобы чудовище никогда не возродилось, не ввергло наш мир в безумие.

Я виноват, что нашел этого сфинкса, за этот грех я и несу покаяние, за это я и страдаю».

– О, я не могу поверить, это грандиозно. Где вы ее раздобыли? – глава экспертного бюро музея профессор Сергей Новиков разглядывал в лупу фрагмент асуанского гранита.

– Это действительно что-то стоящее? – у стола переступала с ноги на ногу толстая женщина в бесформенном пальто и в дурацкой беретке на голове. – Мы… это… ремонт делали в квартире… там на Восьмой линии, пол подняли, а там это… сверток… типа от статуи. Я выкинуть хотела, а мне это… Серега сказал, что там иероглифы написаны, ну да, такие, египетские вроде.

– Точно египетские, – Новиков продолжал разглядывать находку.

– А она это… дорого стоит? Хоть тыщу рублей дадите? – женщина облизала губы. – Серега умный, он у нас… это… колледж закончил. Он мне и сказал к вам идти. Дайте хоть тыщу рублей, если это египетская штука.

– Да, это действительно египетская… штука, – Новиков вытащил из своего кошелька розовую пятитысячную купюру и сунул тетке в пальто. – Вот, подпишите здесь и здесь, что вы передаете в музей фрагмент египетской статуи. Да, вот здесь, – подсунул он документы. – А теперь можете идти.

– Дай бог тебе здоровья, за твое здоровье выпью, – женщина, мелко кланяясь, выскочила из кабинета, боясь, что профессор заберет свои деньги. Но Новиков ее уже не слушал, он набирал номер на мобильном. Как только за посетительницей захлопнулась дверь, он закричал в трубку:

– Юрий Александрович, вы не поверите, она у меня. Да! Это она! Бородка сфинкса на Университетской набережной. Да, я уверен. Я сделаю еще несколько экспертиз, но сомнений нет. Вы же знаете мою специализацию, я могу отличить эпоху Аменхотепа Третьего от подделки. Она в отличной сохранности! Да, представьте себе, теперь точно мы сможем восстановить сфинксов в первозданном виде!