Иногда сходятся даже тайны королевской Франции и армии СССР. В эпицентре – два потомка общего предка, чьи судьбы сплело воедино родовое проклятье.
Часть 1. В тени Версаля
Глава 1. Старое предание
Пятидесятитонные квадратные "Леклерки" загрохотали по брусчатке узкой улочки французского городка, наполняя её грохотом гусениц и смрадом выхлопов. Пора! Лейтенант Жормон выскочил из дома, перепрыгнул через дворовую клумбу и помчался к танкам, запихивая в рот остатки бутерброда. Из-под его рифленой бутсы шарахнулась кошка, рыжая любимица квартирной хозяйки. Вечно она на дороге! Сама мадам Марта, пятидесятилетняя эльзаска, в очередной раз неодобрительно покачала головой:
– Когда-нибудь он ее, точно, раздавит!
Тем временем стройная фигура в песочном комбинезоне уже достигла ворот. Лейтенант привычно вскочил на нагретую весенним солнцем броню. Порядок! Скользнул на свое место, в предусмотрительно распахнутый танковый люк, присоединился к радиостанции:
– «Двадцать седьмой» на месте!
– Понял! – прозвучал в наушниках голос командира батальона.
Недавний выпускник танкового училища, лейтенант Мишель Жормон за несколько месяцев службы в полку уже добился дружбы товарищей, расположения командования и уважения подчиненных. Это был веселый, энергичный и добросовестный офицер, искренне любивший нелегкую службу в танковых войсках Франции. В Лионвиль, гарнизон которого составлял вновь сформированный механизированный полк, он прибыл совершенно один, с ворохом обмундирования и маленьким чемоданчиком личных вещей. Так как офицерское общежитие в гарнизоне ещё не построили, устроился на квартиру к мадам Марте. Его привлекла немецкая чистота её домика, свойственная эльзасцам.
Надо сказать, что городок был весьма живописным – в Лионвиле милым образом уживались времена абсолютизма и компьютеризации. Старинные дома соседствовали с супермаркетами, частные лавочки, достойные пера Дюма-старшего, с автоматами «Кока-колы», полу-средневековый уклад жизни – с ночными байкерскими «стаями»… Не было в городке только военных.
Последняя французская рота квартировала здесь ещё при Людовике XV. Но после жуткой ночи, когда из-за них на город легло страшное проклятье, уцелевшие жители умоляли короля больше не присылать в Лионвиль ни одного вооруженного человека. Так продолжалось почти два века. Пока умные головы в штабах Парижа не обратили внимание на странный "пацифистский" городок. В 1990 году в Лионвиль, составлявший второй эшелон обороны восточной границы, срочно перебросили новый механизированный полк.
Прошло около года. Легенда о проклятии была известна уже всем офицерам и даже солдатам нового гарнизона, но воспринималась как сказка:
«Однажды у молодого Людовика XV в одночасье появилась новая фаворитка. Прекрасная, как свет огня, светловолосая герцогиня Сильфия Аштаротская. Взгляд её необычных черных глаз воспламенял даже сердца убелённых сединами стариков. Король тоже оказался очарован колдовскими формами новоявленной звезды: гибким станом, округлыми бёдрами, гордой грациозной шеей, всегда украшенной крупными голубыми бриллиантами.
Празднества, карнавалы, охоты и фейерверки в честь несравненной госпожи Сильфии последовали бесконечной чередой. Подарки обрушились на юную богиню настоящим драгоценным дождём. У неё появились свои дворцы, выезды, свита… Хотя даже придворные герольды разводили руками, пытаясь понять к какому герцогскому роду принадлежала великолепная фаворитка? Её герб и бумаги подтверждали могущественную ветвь европейского дворянства, уходившую корнями к самим Каролингам, но в то же время ставили в тупик любого, решившего уточнить место расположения родовых владений.
Была и ещё одна странность. Герцогиню всегда сопровождали два блистательных и хорошо вооруженных кавалера – маркиз де Тодес и шевалье д`Эвтанази. И опять же никто из завистников не мог дознаться (хотя поиски велись, и немалые!), что же были за земли: Тодес и Эвтанази? Откуда родом сумрачные кавалеры? Впрочем, кого-то германское созвучие имен наводило на некоторые неприятные размышления… Но об этом предпочитали молчать.
В конце концов, совсем потерявший голову король решился обвенчаться с фавориткой. Придворные мужчины, сплошь околдованные красотой госпожи Сильфии, лишь завистливо вздохнули. Но дамы, покинутые воздыхателями и до этого пребывавшие в горестной растерянности, повели себя иначе. Они решились на заговор. Возглавила его виконтесса Изольда де Тампль, больше других переживавшая из-за разрыва с кузеном, молодым графом Мишелем де Тампль, также страстно влюбившемся в королевскую фаворитку.
Якобы, для развлечения будущей королевы, Людовику XV было предложено организовать рыбную ловлю на озерах, раскинувшихся вокруг Лионвиля. Городок славился как своей рыбой, так и удаленностью от Версаля. Заговорщицы надеялись, что очарование герцогини Аштаротской ещё не докатилось до этих мест, и в Лионвиле можно будет найти вооруженных сообщников для задуманного. А рыбная ловля, как было сказано королю, должна скрасить время подготовки к венчанию, чтобы в Париже этому не смогли помешать «многочисленные недоброжелатели».
