- Пойдем, - с трудом они добрались до нижнего трапа, она ухватилась за широкие поручни и крепко схватила его за руку, и вдруг корабль накренился настолько сильно, что они не удержались на ногах. Только то, что она держалась, не дало им проехаться по скользкой палубе прямо за борт, но от удара у нее вышибло предплечье, руку сковало невыразимой болью, и все равно она держала его. Но вторая рука начала соскальзывать, от воды, дождя, усталости. И он понял, что, либо она отпустит его, либо он утянет ее за собой в бездну.
- Мэл! Посмотри на меня. Посмотри на меня!
Она посмотрела, как тогда в ночь их первой близости, только тогда он не просил ее убить его.
- Нет, нет!
- Я люблю тебя, я хочу, чтобы ты жила.
- Нет!
- Обещай мне.
- Нет!
- Обещай!
Она думала, что умрет в тот момент, что сердце разорвется на мелкие осколки, когда он почти выдрал свою руку из ее, когда стремительно исчез в темноте. Нет, она не думала, что умрет, она умерла, ее душа умерла. И вдруг все стало неважно. Ни этот шторм, ни те существа, что атаковали корабль из глубины, ни что другое. Ее мир рухнул в этот момент, ее жизнь рухнула, осталась только одна малость, дурацкий поручень и сведенные судорогой пальцы, которые так легко расжать. И все, она уйдет вслед за ним, как и должно безумно любящей жене.
Она разжала пальцы, только сама судьба не дала ей совершить непоправимое. Дэйтон схватил в последний момент, затащил внутрь, прижал к себе, и она закричала так горько и отчаянно, как птица, потерявшая свою вторую половину, она же потеряла все.
Эпилог
Хэйзер прибыл в Эссир через неделю, не просто потрепанный, а практически разбитый. Жители ждали его с радостью и предвкушением. Они мечтали увидеть знаменитого капитана Кросса и его бесстрашную команду, услышать рассказы и баллады о новых подвигах, но Хэйзер не прибыл в главный порт, он прибыл в небольшую бухту у самых скал. Причалив к берегу, измотанные матросы выдвинули трап, на который взошли двое - виконт Сорос Кради, и Феликс Росси, шут и балагур, а по-соместительству начальник тайной полиции Арвитана. Они уже знали, что что-то случилось, но не предполагали, что все будет настолько серьезно и страшно.
Центральная мачта была полностью разбита, как и весь бок корабля. Это было настоящим чудом, что они вообще доплыли. За исключением капитана, никто не погиб, многие были ранены, но легко. Мэдди организовала в трюме настоящий госпиталь, Уилл и Дэйтон помогали ей во всем. Лукас О Брайен временно взял на себя командование кораблем, а Андре... он следил за состоянием королевы. Только благодаря ей они вообще добрались до суши, благодаря ей был жив он, был жив Франсуа, да и половина экипажа.
Мадлен по первой приходилось метаться между ранеными и Мэл, а после, когда Андре мог нормально стоять, он сам принялся ухаживать за мечущейся в бреду и горячке Солнечной королевой.
К моменту прибытия, ей стало лучше, она пришла в себя и даже попробовала вставать, только волосы по-прежнему были белоснежными и глаза страшными. В них жила тоска.
Она тревожила его, ее безразличие к себе тревожило его. Тогда, после шторма, она ведь намеренно это сделала, отдала все силы, думала, что это убьет ее. Когда они это поняли, то заперли ее в каюте, позже началась лихорадка и болезнь.
Она отказалась говорить и с Соросом, и с Феликсом, даже с братом не говорила и не плакала. Он думал, так ей станет легче, но ничто, казалось, не могло ее расшевелить. И вдруг, в один ясный солнечный день появилась она, леди Маргарет, растолкала всех толпящихся у каюты мужчин и вошла внутрь. Ужаснулась, конечно, но виду не подала.
- Мэл, и до чего тебя довели эти мужланы.
- Леди Маргарет, - встрепенулась девушка.
- Конечно я, кто же еще.
- Леди Маргарет! - она протянула руки, как тогда, когда погибли родители. Тогда ей было плохо, но сейчас во сто крат хуже. - Леди Маргарет, он умер! Мой любимый умер.
- Я знаю, милая. Я знаю, это невыносимая боль.
- Как... как я буду без него жить? Зачем мне жить без него?
- Чтобы сохранить память о нем, чтобы сохранить его наследие. Сейчас много стервятников захотят занять трон, и если ты будешь слабой, если позволишь им это сделать, то тогда его жертва будет направсной. Все будет напрасно.
- Я не смогу, - покачала головой Мэл. - Я не хочу...
- Но ты должна. Ради него. И ты не одна. Я помогу тебе, мы все поможем.
Она снова обняла ее, как когда-то в детстве, когда еще они обе не знали, что такое горе потерь.
- Мама ошибалась, говоря, что он меня погубит. Это я... я погубила его. Мне не надо было выходить тогда на палубу, не надо было.
- Андре рассказал мне о том, что случилось тогда. Если бы не ты, его раздавило бы щупальцами гигантского осьминога, что разрушило рубку. Он был там до того, как увидел тебя.
- Нет, вы успокаиваете меня.
