— Не пойдешь сама, силком потащу! — прорычал дракон. Ха… Он и впрямь очень зол!
Целитель Орсени стояла у палаты, ожидая момента, когда освободят проход.
Пока я ничего больше сделать не могу… И устала злиться, если честно. Так что… плевать.
— Пойду, только руки уберите! — процедила я, отпуская косяк.
Дракон сузил нечеловеческие глаза и демонстративно разжал пальцы. Чтобы не свалиться, я схватилась за стену.
— Идиотка! — прокомментировал мое поведение дракон.
Мне хотелось сказать много чего. Но я побоялась. Не за себя — за Миристаля.
Мы шли куда-то минут пятнадцать. Я почти пришла в себя. Правда, меня слегка качало, но я не собиралась связываться ни с драконом, ни с инквизитором. Любая их помощь была для меня обузой.
Мы вошли в общежитие, и примерно на пятом этаже инквизитор негромко постучал в чью-то комнату:
— Откройте!
А дракон, не собираясь ждать, махнул своей когтистой рукой, снимая ловушки и защиту, и бесцеремонно распахнул дверь. Это оказалась очень роскошная комната, уставленная настоящими раритетами и редкостями.
Я не понимала, что я здесь делаю вплоть до того момента, как из ванной вышел полуодетый Боримор.
Дракон и инквизитор одновременно уставились на него. Инквизитор немного подозрительно, а дракон с яростью. Хорошо, что дракон не на меня так смотрел… На месте Боримора я бы уже начала драпать…
— Как вы посмели..? — начал парень презрительно, вытираясь полотенцем. На меня он бросил лишь вскользь взгляд, которым смотрят на экскременты.
Хикриссал злобно ухмыльнулся, и сделал высокомерный жест, что уступает первым говорить инквизитору.
— Инквизитор Райни, дракон Хикриссал, студентка Савиаль, — представился Райни. — И здесь мы по важному делу…
Боримор бросил полотенце и накинул на плечи узорную рубашку. Его не впечатлили посетители, но он решил их не выгонять.
Райни вздохнул и выступил:
— Студент Боримор, вы использовали свою силу для подлого нападения на другого студента. Согласно Кодексу Магодара…
— У вас нет доказательств, — заметил Боримор и изящно уселся в большое кресло. Он вел себя так, словно был королем.
Конечно, было не место и не время. Да и истерику я вроде никогда не проходила… Но мне стало так смешно…
— А эта девчонка — вообще, демон! Так что мое слово намного важнее того, что может солгать это ничтожество…
Инквизитор закатил глаза, но потом все же раздраженно заметил:
— Вы не признаете вины? — в его голосе было убедительно пожелание Боримору заткнуться и признаться.
Но само собой, отвратительный тип все проигнорировал.
— Конечно, нет! — он даже вскочил для убедительности.
— Тогда я ничем не могу вам помочь, — констатировал инквизитор расстроено.
И вперед вышел ухмыляющийся дракон, демонстративно рассматривающий свои острые ногти.
— Я абсолютно удовлетворен тем, что вы отказались от своего наказания и разрешили мне предъявить мои права! Как студент Магодара ты был защищен, но только что ты отказался признать свою вину… — его странные зрачки приоткрылись.
Боримор напрягся, но ничего не сказал, не отводя напряженного черного взгляда с ухмыляющегося лица дракона.
— Итак… Нападение на моего ученика… Физическое… Собирался убить моего ученика… — Хикрисскал говорил тихо, но его слова доходили буквально до хребта. Черные зрачки превратились в ромбы. Мне стало страшно. — Сознательное… Ты причинил ему вред, подвергнув пыткам… — дракон улыбнулся, а его глаза распахнулись во всю радужку, становясь абсолютно черными. — Само главное, ты собирался сделать его душу темной… Одним словом, ты пытался украсть у меня мальчишку…
Боримор до этого как загипнотизированный смотрел в его странные глаза, но после его последних слов вздрогнул всем телом. Кажется, до него только что дошла простая истина: он перешел дорогу дракону!
— Ты пытался украсть у меня то, что является моим по праву… А воров мы не жалуем!
— Вы… не имеете права… — вырвалось у него раздраженно.
Инквизитор тяжело вздохнул и пояснил:
— Если бы признал вину и наказание от Магодара, дракон не стал бы тебя трогать… Он дал мне слово, что остановится на этом… Но ты сам выбрал свой путь… — и Райни, бросив на меня мимолетный взгляд и слегка пожав мне руку, вышел из комнаты. Я так растерялась, что не стала возмущаться на это прикосновение.
Я ничего не понимала. Хикриссал собирается убить этого паукана? Ему это, конечно, легко, но… как-то не в его стиле.
Боримор не собирался ничего не выяснять и напал первым. Черные насекомые из всех щелей бросились на дракона.
Их было тьма — самая настоящая тьма… Живая копошащаяся и страшная… Дракона поглотила под собой чернота, похоронила, засыпала…
Но внезапно дракон вспыхнул, и вся эта несметная рать сгорела без следа. Боримор посылал в дракона заклятье за заклятьем, но тот их играючи отбивал. Парень попытался сбежать, рванув в мою сторону, но дракон перехватил его в прыжке и шмякнул об стену.
— Я… пожалуюсь на тебя в… Совет!
— А кто у нас глава Совета? Тагниран! — напомнил Хикриссал.
— Ты еще моего отца не знаешь! Он и дракона завалить может! — продолжал возмущаться Боримор.
