Проклятие полностью

Я стала убеждать себя, что такая забота с его стороны – это очень мило.

Вот только если ты, Паркер, переживаешь из-за моих расследований – это совсем не моя проблема.

Впрочем, вслух я этого говорить не стала.

– Может, тебе пока… повременить с расследованием? – предложил он, вырисовывая пальцем круги у меня на ладони.

Внутри у меня все сжалось. Неужели и Паркер окажется в точности таким, как Дэвид – и другие друзья и возлюбленные, с которыми мне пришлось распрощаться ради работы детектива?

– Мне приятно, что ты беспокоишься. Это очень мило, – начала было я.

Правда, что ли?

– Но пойми: расследования – это вся моя жизнь.

– Понимаю. Честное слово. Но с Кэролайн Марк явно шутки плохи, – заметил он. – Как знать, вдруг она опасна? Не говоря уже о том, что похитители Дейзи и Мелани еще на свободе. От одной мысли об этом жуть берет.

– Все так.

Неужели он думает, что я этого не знаю? Дейзи – моя лучшая подруга! Понятно, что я сейчас встревожена сильнее всех!

– Именно поэтому я должна сделать все, что в моих силах, и раскрыть это дело как можно скорее, – пояснила я и заглянула ему в глаза. – Тебя это сильно пугает?

Паркер тяжело вздохнул.

– Все-таки недаром говорят, что будущее за женщинами.

Мне совсем не понравились шутливые нотки, прозвучавшие в его голосе.

– Видела такую надпись у кого-то на кружке, – осторожно ответила я.

– Нет никого соблазнительнее, чем девчонка, которая может покарать злодея! Ты согласна? – поинтересовался он.

– Пожалуй.

– Ну так вот: меня ничего не пугает. Раскрой это дело. Флаг в руки. Трепещите, злодеи!

– Так и будет, – ответила я.

Он нежно убрал с моего лица упавшую прядку и прильнул к моим губам. Я ответила на поцелуй, но, хотя внутри вновь запорхали бабочки, в уме всколыхнулись мрачные мысли. Паркер пообещал не мешать мне с расследованием. Разрешил раскрыть это дело. Но мне не нужно его разрешение. Наверняка толпы девчонок увидели бы в нем благородного заботливого рыцаря. Но в глубине души я понимала: я вовсе не из тех, кто твердо верит, что будущее за женщинами. Мы ведь живем в настоящем. Важны лишь вещи, происходящие сейчас.

А если Паркер и дальше будет вести себя как альфа-самец…

Что ж, может, для него это норма. Но точно не для меня.

Если накануне вечером городская площадь пугала пустотой, то теперь все до единого жители города, казалось, решили исправить это недоразумение. На срочное собрание в мэрии, созванное шефом Макгиннисом, пришло столько народа, сколько я здесь отродясь не видела. Люди были крайне встревожены исчезновением Мелани и Дейзи и настроены исключительно серьезно. Я отчасти радовалась, ведь наконец мы с хорсшу-бэйцами на одной волне, пускай волна была жуткой и лучше бы ее и не существовало вовсе. Это внушало надежду на то, что пропавших скоро найдут. И на то, что кто-то из местных жителей, может, все-таки знает о загадочном проклятии.

Весь город набился в зал для собраний. Мы с родителями сидели на самом первом ряду, мама справа от меня, а папа – слева, и они оба до того сильно сжимали мои запястья, что я уже начала переживать за циркуляцию крови. Глаза у мамы покраснели, а папа напряженно стиснул зубы. Оба не на шутку волновались за Дейзи. Лена с родителями тоже была где-то в толпе. Я их не видела, но знала, что и они очень переживают. Как и Паркер.

Воздух в комнате был душным и спертым. На сцену поставили длинный стол, за которым сидели шеф полиции, госпожа Вагнер и мэр – женщина примерно одних лет с директором школы «Кин» (и примерно с такой же манерой поведения), а перед ними возвышался графин с водой. От жары стекло запотело, и конденсат стекал вниз и капал на белую скатерть. Родители Дейзи тоже сидели за тем самым столом. Глаза у матери раскраснелись и поблескивали от слез, которые так и норовили сбежать по щекам. Отец же держался спокойно, стоически, но чувствовалось, будто и он на грани. Одно их присутствие задало собранию зловещий тон: чего стоили только их черные шерстяные одежды, мрачные лица, гнетущая атмосфера весомости и важности, которую они излучали…

Да и сам тот факт, что их дочь бесследно исчезла.

А у самого края стола сидели еще изможденные и уставшие мужчина и женщина. Родители Мелани. Мне вдруг сделалось совестно. То, что сама я куда острее переживала исчезновение Дейзи, чем Мелани, никоим образом не умаляло их страданий.

Девочек надо найти.

Я непременно должна их отыскать.

Боль – настоящая, физическая – захлестнула меня горячей волной. Нельзя было терять ни минуты!

Шеф Макгиннис потянулся к микрофону, стоящему перед ним на столе, и постучал по нему пальцами, проверяя, подключен ли он.

– Приветствую всех, – сказал шеф полиции, и по залу разнесся оглушительный гул.

Люди невольно поморщились и заерзали в своих креслах.

– Спасибо, что пришли, – продолжил Макгиннис. – Знаю, вас всех очень тревожат недавние события и приближающийся праздник в честь Именин города.