Ее охранники подбирали упавшие челюсти с лесного мха. В глазах Баяра плясали искорки смеха, но более серьёзный Гэрэл дал ему кулаком в бок и направился к поверженному смельчаку, еще не знавшему, насколько его хозяйка изобретательна в способах наказания виновных. Особенно, когда она рассержена.
Но в этот момент в дружеские посиделки вмешался форс-мажор.
Раздалось низкое утробное рычание, в котором плескалась ненависть. Всем показалось, что над ними сгустилась мгла. Невысокие деревца расступились, пропуская на тропу огромного черного волка.
Зверь медленно осмотрел присутствующих злыми глазами, угрожающе зарычал и приготовился к прыжку.
– Быстро! Освободи меня! – как завороженная, она, не сводя глаз с чудовищного зверя, разрезала удавку на руках парня. В холку волка впилась стрела, вызвавшая еще один бешеный рык, – отстреливался Баяр, заслоняя собой девушку. Незнакомец освободил своих охранников и крикнул Гэрэлу:
– Уводи ее! Уходите, мы справимся!
И…
– Я найду тебя! – глядя ей прямо в глаза и… улыбаясь?
Гэрэл закинул ее на плечо, и они побежали на поляну, где оставили лошадей. Лес сзади раскалывался от жуткого рычания и криков. Она рвалась вернуться, помочь, почему-то ей казалось, что она должна быть там, с ним, что именно сейчас нахальному парню нужна ее помощь. В бешенстве она требовала отпустить её, угрожала Гэрэлу всеми известными ей демонами, рвалась из крепких рук ненавистных ей сейчас друзей. Но те молча и споро донесли её до места, где испуганно прядали ушами стреноженные лошади. Пока Гэрэл закидывал ее в седло, Баяр освободил лошадей и они унеслись из опасного места. Со слезами оглядываясь, она видела стервятников, кружившихся над ТЕМ местом в лесу.
Они влетели в улус, как будто за ними в полном составе гнались все демоны мира мертвых. Баяр сразу помчался докладывать обо всём командиру. Спустя некоторое время лучшая сотня воинов помчалась туда, где остались драться парень с темными молниями в глазах, его воины и огромный волк.
Гэрэл довёз госпожу до богатой юрты и аккуратно помог ей спуститься с лошади, к выбежавшим наружу женщинам. Размахнувшись, она от души влепила парню крепкую пощечину.
– С тобой я после поговорю!
И скрылась под пологом юрты.
Отец орал на неё так, что охранявшие главный шатёр воины невольно закрывали уши руками и ёжились, опасаясь за свою жизнь: попасть под горячую руку великого полководца было – себе дороже. Братья Мэргэн и Ганбаатар примчались в поселение сразу же, как до них добрались гонцы. Сейчас, склонив головы и с большим вниманием выслушивая рычание отца, они старались заслонить её собой от неминуемой бури – непослушную бунтарку все любили. Выглядывая из-за широких спин братьев, она видела, что отец серьёзно взбешён: волк задрал лучших воинов, угроза для улуса сохранялась до сих пор – и туда же сунулась единственная дочь! Высказано было всё и от души: и «как ты могла», и «почему ты не послушала мудрые голоса предков», и «где была твоя голова», и «вывезите её немедленно вон из улуса, чтоб глаза мои больше её не видели»! С каждым речевым оборотом тон разговора накалялся, а девушка пряталась за Мэргэна – было страшно. Отец мог запросто смахнуть голову с плеч и не посмотрел бы, кто перед ним.
Наконец, он замолчал и, тяжело дыша, задумался, закрыв глаза.
– Мне надоело всё это! Пошлите гонцов к нойону Баатаржаргалу. Его старший сын – как раз то, что нужно, чтобы, наконец, поставить эту необъезженную кобылу на место! Пошлите богатые дары – лишь бы только он согласился взять это чудо себе!
Родовая гордость мощным бурлящим потоком смыла в её душе чувство опасности! Она рванулась вперед и хотела возразить, но сильная рука Ганбаатара заткнула ей рот и выволокла из отцовской юрты, от греха подальше. Мэргэн остался прикрывать их отход, благодарить отца за науку и разбираться с текущими делами по улусу – братья помогали отцу в управлении большим хозяйством.
– Рассказывай. – Они с Ганбаатаром сидели на берегу небольшой речушки. Нагретая солнцем вода плескала по босым ногам. Щебетали какие-то птички. Тишина и покой – казалось, буря, разразившаяся в отцовском шатре, была в страшном сне. Или в какой-то страшной сказке. И ничто ей не угрожало около сильного и невозмутимого старшего брата – ни страшный волк, ни отцовский гнев, ни некстати подвернувшееся замужество.
Она рассказала все как было.
И про то, что, не желая отставать от братьев, поехала ловить чёрного волка.
И про несносную шаманку, из-за которой она поехала именно в дальний лес.
И про нахального незнакомца, с которым они как-бы поцапались, но потом именно он спас ей жизнь.
