Да, никакого сходства с Поттерами не осталось. Черты лица оказались более тонкими, заострился подбородок, стали выше скулы. Нос обзавелся легкой горбинкой. Губы стали тоньше и капризно изогнулись. Бывшие черными и непослушными, волосы стали каштановыми и легли мягкими локонами. Да и зеленые глаза, лишившись очков, стали больше и выразительней. Роста и мышц, правда, не прибавилось. Все-таки это тело голодало и переживало все трудности и лишения, выпавшие на долю своего хозяина. Но сложен Эдмунд был пропорционально.
- Ну, вот и все, - радостно заявила Лили.
- Если что - обращайся, - кивнул Джеймс.
А Сириус похлопал по плечу и тоже сунул в руки звякнувший мешочек. И «уже не Гарри» остался один. Оглушенным и опустошенным.
Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула Гермиона Грейнджер.
- Гарри? - спросила она.
- Уже нет, - хрипло ответил он.
Вслед за Гермионой вошел Рон.
- И как ты тут, дружище?
Скрывать все от друзей смысла не было. Да и так узнают. Гермиона охала, а Рон крутил головой.
- Знаешь, - сказала Гермиона, - наверное, их можно понять, они боялись за своего ребенка. А Дамболдор должен был остановить Волдеморта.
Эдмунд кивнул. На Поттеров он и не сердился. Их тоже никто не спрашивал, они просто спасали свои жизни. Блэк… Ну, его заставили, что уж там. А вот Дамблдор… Но с него уже и не спросишь. Даже портрет не сохранился. После того, как Гарри посмотрел воспоминания Снейпа, в башенку ударила шальная Бомбарда. Большую часть портретов удалось восстановить, все-таки директора были людьми уважаемыми, их изображения хранились в министерстве, в госпитале св. Мунго или у благодарных потомков, а вот у Дамблдора оказался единственный портрет, который и сгорел без остатка.
- Как жалко, что ты станешь сквибом, - покачала головой Гермиона, - но есть же специальности, где не надо колдовать. Только надо будет учиться.
- Да, дружище, - кивнул Рон, - жалко. Мог бы в квиддич играть или в аврорат пойти.
Эдмунд вздохнул. Да, об этом придется забыть. Надо искать другую профессию. Не известно, что там с наследством.
- Подожди, - сказал он, - а магазинчик близнецов? Мы же заключали договор? Мне ведь что-то положено? Пусть немного, но на жизнь хватит.
Рон закусил губу.
- Они ведь договор с Гарри Поттером заключали, - пробормотал он.
- Но тысяча галлеонов-то моя, - обалдел Эдмунд.
Рон отвел глаза. Все было ясно. Обидно, но… понятно и объяснимо. С паршивой овцы хоть шерсти клок.
- Ты в Гринготс пойдешь? - спросила Гермиона.
- Да, - кивнул Эдмунд, - только позже. Мне… мне надо привыкнуть.
Гермиона и Рон кивнули.
- Ты всегда можешь обращаться к нам за помощью, - сказала Гермиона, - я с удовольствием узнаю для тебя, какие специальности тебе могут подойти, и подберу необходимые учебники. Жизнь не заканчивается, правда!
- Спасибо, Гермиона, ты настоящий друг, - сказал Эдмунд.
И ребята ушли.
Эдмунд осмотрелся. Он знал, что находится в «Дырявом котле». Узнать бы еще, на сколько дней оплатили комнату. Его сундук стоял тут же. Разумеется, там не было ни мантии-невидимки, ни карты мародеров. Это было не его. Исчезла и «Молния». Конечно, зачем тому, кто скоро станет сквибом, такая метла. Остались только школьные мантии, учебники, писчие принадлежности… А зачем ему все это? Разве что на память. И палочки не было. Ну да, та самая, сестра Волдемортовой, была сломана. А палочку Малфоя у него забрали. Ничего, обойдется. Действительно, стоило сходить в Гринготс и выяснить состояние дел. Может у него хоть какие-то родственники есть? Настоящие… Тем более что за ограбление банка его теперь точно не привлекут. Почему-то от этого вдруг стало весело.
Гоблин равнодушно принял плату за проверку, рассмотрел линии и надписи, проявившиеся на пергаменте, и протянул Эдмунду ключ.
- Сейф номер триста тринадцать, - проскрипел он, - желаете осмотреть?
- Конечно, - кивнул Эдмунд.
Его надежды на безбедную жизнь длились ровно столько, сколько заняла поездка на тележке. Сейф был практически пуст. Посредине хранилища прямо на полу лежала волшебная палочка, небольшой мешочек, в котором оказался один галлеон, и коробочка с простым серебряным колечком. Еще имелся запечатанный конверт.
- Будете забирать? - равнодушно спросил гоблин. - Сейф оплачен на сто лет вперед, отказываться не советую. Вдруг деньгами обзаведетесь?
- А сквибы могут пользоваться сейфами? - спросил Эдмунд.
Гоблин удивленно взглянул на него.
- Могут, если это не родовой сейф, конечно, - ответил он.
И Эдмунд вернулся в гостиницу.
Как оказалось, комната была оплачена на два дня. То есть, он мог тут переночевать. А вот потом… Но сейчас было важнее прочитать письмо.
«Привет, ублюдок!» - послание начиналось впечатляюще. Эдмунд даже глаза протер, но надпись не поменялась. Да уж, не такого он ожидал от родного отца.
