Проклятие Гавайев полностью

Все это звучало очень убедительно, и клерк с жаром закивал головой.

Так же поступил и я, когда мы вновь двинулись к лифтам.

— Базовый принцип всей англоязычной юриспруденции, — пробормотал я. — Никто не сможет поспорить с этой логикой.

— Это точно! — ответил Аккерман. — Оксфордское право. Первая вещь, которой нас научили.

— Предельно аккуратно, — подхватил я. — Абсолютно легально. Мистеру Стедману это бы понравилось.

Аккерман пожал плечами.

— Посмотрим, — сказал он спокойно и, помолчав, продолжил: — Я представляю себе этот чертов счет, когда все закончится. Тут же идет по пятьсот долларов в день, включая сервис и услуги доктора. А я только что выложил сорок восемь долларов наличными за ошейники. Нужно было вписать их в стедмановский счет.

— Сколько вы купили? — спросил я, подходя к лифту.

— Две дюжины, — ответил Аккерман. — По дюжине на брата. Будем носить их на каждой руке по шесть штук, как браслеты.

— Отличная идея, — сказал я.

Двери лифта открылись, и мы вошли.

— Чьим именем вы подписались? — спросил я.

— Руперт, — ответил Аккерман.

— И все?

— Ну! Но я еще и закорючек добавил. Старая английская каллиграфия.

Он пожал плечами.

— Да какая разница, к черту? Это же подпись собаки, а не моя. Я ведь не Руперт.

— Нет уж, Руперт, — не согласился я. — Вы теперь мистер Руперт, и стоит вам забыть про это, как мы тотчас же окажемся в тюрьме Хило за обман владельца гостиницы. Это тяжкое уголовное преступление.

Аккерман согласно кивнул, поворачивая ключ в двери пятьсот шестого номера.

— Ладно, — сказал он. — Вы правы. Только собаке нужно дать другое имя. Какое лучше?

— Гомер, — ответил я. — Пусть собаку зовут Гомер. Я попрошу доктора Хо выписать ему удостоверение личности.

— Отлично! — согласился Аккерман. — Этим ублюдкам там, внизу, плевать, какие у нас имена. Лишь бы карточка Ральфа работала, а уж они предоставят нам все по полной программе. — И поинтересовался: — Ральф из тех, кто вовремя платит по счетам?

— Да не совсем, — ответил я. — Сколько нам нужно времени?

— Немного, — ответил Аккерман. — Я могу упаковать весь урожай в три дня. И мне понравился этот прикол про «пределы возможностей». Не нужно беспокоиться, что притащится горничная.

Я согласно кивнул. Все получалось неплохо. Но у нашей медали была и оборотная сторона, и она меня беспокоила. С Собачьей Проблемой мы еще могли справиться, даже при условии того, что вписали имя собаки в кредитную карточку гостиницы, выписанную на имя Ральфа. Но мне не вполне нравился план Аккермана использовать лучший люкс гостиницы «Царь Камехамеха» в самом центре Коны в качестве упаковочного цеха для целого урожая марихуаны. Аккерман же хотел нанять пресс для мусора и спрессовать целый огород марихуаны в пятидесятифунтовые бруски, каждый размером с телевизор.

— И сколько там у тебя? — спросил я.

— Да немного, — ответил он. — Где-то пятьсот фунтов.

— Что? — переспросил я. — Пятьсот фунтов? Это чересчур много. Они унюхают, и мы погорим.

— Не волнуйтесь, — успокоил меня Аккерман. — Наш люкс за пределами их возможностей. Они даже не переступят наш порог.

— Чушь! — сказал я. — Они переступят все, что угодно, за пятьсот долларов. Меньше всего нам здесь нужна демонстрация торговцев наркотой. Да сюда весь город заявится! Начнутся народные волнения! Красные блохи — это одно, а…

— Не берите в голову! — сказал Аккерман. — Мне нужны блохи. Лучшего прикрытия и не сыскать.

Мгновение подумав, я перестал нервничать. В конце концов, это был номер мистера Руперта, и именно мистер Руперт станет подписывать счета за сервис, который нам будут предоставлять. Я здесь нахожусь исключительно из любезности по отношению к своему старому другу Ральфу Стедману, богатому и известному британскому художнику. Он срочно улетел в Лондон и попросил нас позаботиться о своей умирающей собаке. Собака слишком ослабла, и ее нельзя даже трогать. Мозги несчастного животного высохли в результате навалившейся на него чумки, которую он подхватил на Гавайях, заразившись от блох, и, вероятнее всего, именно в этой гостинице. У нас не было выбора, как я себе это представлял, и я знал, что доктор Хо с этим согласится.

— Не волнуйтесь по поводу этого шарлатана, — сказал Аккерман. — Он сделает что угодно за понюшку кокаина. Я его тысячу лет знаю. Он на меня работает.

— Что? Доктор Хо?

— Ну да! У него друзья в Вайкики. Они возят лекарства для собак.

Он улыбнулся.

— В ящиках. Огромных ящиках.

В ящиках? Лекарства для собак? Да, Ральфу бы это понравилось.

К концу второй недели нашего пребывания в отеле мы поняли, что нам нужен перерыв. Напряжение росло, и заметно. Мы торчали здесь слишком долго, и местные начинали нервничать. Объединение торговцев недвижимостью с самого начала было обеспокоено возможностью негативных последствий для рынка, которые могла вызвать наша статья, а наше провальное участие в рыболовном турнире с джекпотом не уменьшило их страхи.