Ирод поспешил к назначенному Ревеккой месту свидания. Здесь, как и вчера, толпилось множество женщин, но ни одна из них не походила на еврейку. Ирод, чтобы не привлекать ничье внимание, стал рассматривать выставленные в витрине цветные рисунки причесок с пояснительными надписями: кудрявый тупей, тупей на лбу с косичкой, срединный пробор с волнистым париком…
– Не оборачивайся, – услышал он за своей спиной женкий голос и почувствовал легкое прикосновение руки. – Передай мне письмо, которое ты привез.
Ирод, несмотря на предупреждение, обернулся. Перед ним стояла красивая рыжеволосая женщина с большими синими глазами. «Как у Мариамны», – невольно подумал он. Снова уставившись на рисунки, сказал негромко:
– Письмо в надежном месте. Я не захватил его, чтобы не навлечь на тебя неприятности. Тебе угрожает опасность.
– От кого?
– От Ирода. Он в Риме.
– Мне это известно. Но откуда он знает обо мне?
– О тебе рассказал ему Малих. Он давал читать Ироду все твои письма.
– Этого не может быть.
– Тем не менее это так. Из этих-то писем он и узнал, что ты подписываешь свои письма инициалом «Р».
– Так ты и есть Ирод?
– Ты угадала, – сказал Ирод, на всякий случай сжимая ладонь Ревекки в своей руки, чтобы та не вздумала сбежать.
– Так это ты устроил вчера драку возле дома Антония?
– Я.
– И у тебя нет никакого письма Малиха ко мне?
– Нет.
– Отпусти мою руку, ты делаешь мне больно.
– Не отпущу. Мне необходимо встретиться с твоим хозяином.
– Чтобы он убил меня?
– Ты не умрешь. Если ты организуешь мне встречу с Антонием, ты станешь моим лучшим другом.
– И врагом Иудеи. Я не хочу становиться врагом моей родины.
– Враг Иудеи Антигон, а не ты. Именно он домогается сегодня власти в Иудее.
– Уж лучше Иудея окажется под властью Антигона, чем под твоей. Ты был и навсегда останешься чужаком в моей стране.
– Мне не нужна власть над Иудеей. Единственное, чего я хочу, это чтобы царем Иудеи стал внук Гиркана Аристовул.
– Твой шурин.
– Мой шурин, – подтвердил Ирод. – По крайней мере, он не откусывает уши у людей, как это сделал Антигон.
Ревекка молчала. Она что-то обдумывала. Наконец, спросила:
– А если я откажусь помочь тебе?
– Ты не откажешься.
– Почему?
– Потому что ты поможешь не мне, а своей родине.
– Аристовулу?
– Иудее.
Ревекка опять помолчала, прежде чем произнесла:
– Малих мне платил.
– Ты станешь получать втрое больше, чем платил тебе Малих.
– Впятеро. Рим требует больших расходов.
– Хорошо, я буду платить тебе впятеро больше.
– Не ты. Я не хочу получать от тебя деньги. Пусть мне платит Аристовул, если Антоний сделает его царем Иудеи.
– Тебе будет платить Аристовул.
– Что я должна буду делать для него?
– То же, что делала для Малиха.
Ревекка вздохнула.
– Где ты остановился? – спросила она.
– Туда, где я остановился, я больше не вернусь.
– В таком случае назови место, где люди Антония смогут найти тебя.
– Я буду ждать их у термов на пересечении Аппиевой и Латинской дорог.
– А ближе ты не можешь выбрать место?
– Я плохо знаю Рим.
– Хорошо, жди у термов. Что мне сказать хозяину?
– Скажи, что его хочет видеть Ирод.
– И только-то?
– И только.
– Полагаешь, этого будет достаточно, чтобы Антоний принял тебя?
– Вполне.
Ревекка пожала плечами.
– Будь по-твоему. А сейчас выпусти мою руку, она у меня совсем затекла. И больше не ври мне.
– Разве я в чем-нибудь соврал тебе?
– Соврал. Сказал, что письмо Малиха, адресованное мне, ты спрятал в надежном месте, чтобы не навлечь на меня неприятности.
– Извини, я больше не стану врать тебе.
– А теперь идти к термам. За тобой приедут.
Ревекка не подвела. Она слово в слово передала Антонию то немногое, о чем Ирод ее попросил. Не успел он достичь пересечения Аппиевой и Латинской дорог, как к термам подскакал небольшой конный отряд во главе с Валерием Мессалой. Соскочив с коня, молодой сенатор заключил Ирода в объятия.
– Я чуть было не проехал мимо тебя, – сказал он вместо приветствия. – Что сталось с твоей внешностью, откуда взялись эти седые волосы? Ты перекрасился?
– Увы, увы, – ответил Ирод. – На мою долю выпали слишком серьезные неприятности…
– Ни слова больше, – не дослушал его сенатор. – Расскажешь обо всех своих злоключениях в присутствии Антония и Октавия. Антоний не поверил, когда ему доложили, что ты в Риме, и потому послал меня. А теперь садись на коня, надеюсь, ты по-прежнему лихой наездник и не вывалишься из седла?
Ирод легко вскочил на подведенного к нему разгоряченного коня, который нетерпеливо перебирал тонкими ногами, фыркал и косил на него фиолетовым глазом.
– Вперед! – скомандовал Мессала, и кавалькада сорвалась с места.
Ирод не смог сдержать слез радости, когда увидел спешащего ему навстречу друга, следом за которым в портике появился невысокий молодой человек приятной наружности.
