Он дал своим нечестивым мыслям свободно течь, а потом постарался увидеть место, где больше всего хотел сейчас оказаться. Голова на мгновение закружилась, затем размытая картина вновь стала четкой, и Джастин, не выпуская из объятий Мону, с блаженным вздохом рухнул на собственную постель.
От неожиданности волшебница рассмеялась, но тут он накрыл ее своим телом, и смех растаял на губах под жаром поцелуя. Сейчас Джастин не нуждался ни в услугах магии, ни в новых способностях, ему было жизненно необходимо без всякого вмешательства высших сил отстоять законное место в сердце Моны Корвел.
Не доверяя своему языку, он только телом мог высказать, как страстно ее любит, как нуждается в ней, как поклоняется и боготворит. Джастин не владел искусством соблазнения, но мужская красота в сочетании с предельной искренностью делали его неотразимым в глазах молодой волшебницы. Он научился угадывать ее желания и интуитивно чувствовал момент, когда можно отгородиться от вездесущей магии, чтобы сердце говорило с сердцем, пока тела их слиты воедино…
На исходе ночи капитан отряхивал морской песок со смятых простыней и внимательно слушал свою богиню, которая учила его, как правильно использовать вновь обретенную способность. После пары пробных перемещений волшебница посчитала, что урок Джастином усвоен, и с рассветом покинула его.
Тристан с большим трудом заставил себя выждать определенный срок, потому что нетерпение уже буквально вгрызалось в его мозг. От постоянного напряжения он стал рассеянным, за что немедленно поплатился очередной попыткой покушения. Его спасло только то, что операция была спланирована небрежно, в расчете на подвернувшийся случай. Погибли три человека из его охраны, которые испытывали новый флаер, в то время как сам Мэйнард находился в обычном вертолете. Дорогостоящая летательная машина потерпела крушение, превратившись в груду бесполезных обломков, зато Его превосходительство благополучно добрался до места назначения.
После этого случая Тристан на некоторое время исчез из медийного пространства, а затем триумфально возвратился к огромному разочарованию своих врагов. Временную изоляцию он использовал для подготовки сверхсекретного проекта, который должен был раз и навсегда изменить его жизнь.
Теперь все было готово, оставалось только привести план в исполнение. Самый ответственный этап операции Тристан не мог поручить никому постороннему, поэтому готовился очень тщательно, продумывая каждый свой шаг, каждое движение.
В назначенный день он снова явился в Священное место, и осторожно установил на круглом столе принесенное с собой устройство. Он приготовил защитные маски, положил на колени заряженный снотворной капсулой пистолет и нажал нужное количество раз на верхушку Ключа.
Ожидание затянулось. Несколько раз Тристану приходилось вставать и прохаживаться по залу, чтобы немного снять напряжение, но в нужный момент он оказался полностью готов. Едва заметив в воздухе муаровые переливы, Мэйнард вскочил и выстрелил туда, где в открывшемся портале мелькнуло светлое платье. Видно, удача в этот день была на его стороне, потому что игла из пистолета вонзилась волшебнице прямо в солнечное сплетение.
На одно бесконечное мгновение Мона замерла, а потом безвольно опустилась на пол, словно кукла, у которой обрезали веревочки. Не теряя времени, Тристан ударил ладонью по устройству, надел защитную маску и нырнул под стол. В зале полыхнула ослепительная вспышка. Холодный белый свет был настолько ярким, что на несколько минут ослепил эльфов из ее охраны. В Тристана со всех сторон полетели ядовитые стрелы, но ни одна из них так и не достигла цели.
Он ползком подобрался к тому месту, где упала Мона, быстро надел на нее маску и стал отсчитывать секунды. Несмотря на отчаянную брань охранников, Тристан уловил едва слышное шипение — это пошел газ. Вскоре весь просторный зал оказался затянут удушливым желтым дымом, и разгневанные эльфы, наконец, угомонились навсегда…
Мэйнард подхватил волшебницу на руки и бегом направился к своему проходу. Он был уверен, что охранники уже мертвы, но страх нещадно гнал его вперед. Сегодня он нарушил все мыслимые и немыслимые правила и приказал посадить вертолет прямо на крышу здания, хотя до этого дня тайно приезжал сюда на автомобиле.
Оказавшись по другую сторону Двери, Тристан осторожно опустил Мону на пол, снял маски и убрал их в сумку на длинном ремне. Потом взял приготовленный заранее шелковый плащ и тщательно завернул в него свою драгоценную добычу. Он надел темные очки, кепку с длинным козырьком, подхватил бесчувственное тело волшебницы и поспешил на крышу.
