Послышались шаги, Захаров закрыл лицо руками, готовясь к встрече с неизвестным человеком. Дверь открылась, солнце проникло в сарай и осветило все вокруг.
— Вставай, Петя, — услышал он и открыл глаза.
Убейконь бросил ему спортивные штаны и тенниску. В слепящем солнечном прямоугольнике дверного проема Марк смотрелся темным великаном.
— Я уж думал, ты не придешь, — сиплым голосом проговорил Петр Аркадьевич, чуть не плача. Нервы его были окончательно расстроены.
— Дурак ты, Петя. Как это я могу тебя бросить? А ты бы меня разве бросил?
— Нет, конечно.
— Одевайся. Машина здесь, в двух метрах от сарая. Там термос с кофе, бутерброды. Поехали.
В машине он рассказал о том, как договорился с хозяевами дома, рядом с которым прятались, и Максим Иванович, войдя в положение, согласился отвезти Марка в Москву. Марк заплатил ему, так что все в порядке.
— И знаешь, что он рассказал мне, пока мы ехали? Что вчера в деревню приезжал следователь из прокуратуры, искал свидетелей, которые могли видеть какую-то девушку, которую предположительно убили здесь, в деревне Черная.
Петр Аркадьевич, который в это время ел бутерброд, подавился хлебными крошками. Пришлось даже останавливать машину, чтобы он мог выпить кофе.
— Говорят, что жителям деревни фото показывали, на которых девушка, убитая, в крови… Это Зоя, Петя.
— Марк, ты еще что-то хочешь сказать?
— Хочу. Давай уже переведем деньги. Ну, потеряем десять лимонов, зато, может, на свободе останемся.
— Как же останемся, если следователь уже вынюхивает?!
— Значит, перестанет вынюхивать, — Марк ударил ладонями по рулю. — Ты согласен или нет?
— Да, конечно, согласен! Тем более что мы-то лично с тобой ничего не делали.
— Да, забыл тебе сказать. Я встречался с моим Егором, надо было поручить ему кое-что… Так вот, он позавчера был у твоего Севы, они разговаривали. Тоже нервничают. Словом, тема такая. Зоя поручила Севе отвезти ее в эту деревню. Все.
— В смысле?
— В прямом смысле. Никто ее не похищал. Сева и раньше возил Зою, так ведь? Вот и в последний раз она попросила его якобы отвезти в эту деревню, он и отвез! Это все! Мы же ее не убивали, Сева с Егором — тоже. Так что расслабься. Переведем деньги, и все. Забудем эту историю, как страшный сон.
— Я домой хочу, — прошептал Петр Аркадьевич, готовый в эту минуту отдать многое, чтобы только вернуться домой, принять ванну и выпить виски за компанию с другом. — Переведем. Но только обещай мне, что займемся этим Шорохоффым. Все-таки он как-то связан со всей этой историей.
— А я думаю, что вообще никак не связан. А вот те, кто крутится вокруг него и имеет отношение к проекту, могли быть связаны с Зоей.
— Постой… Шорохофф… Они же знакомы с Зоей! Помнишь, я тебе рассказывал? Тогда, в арт-галерее… Может, Шорохофф узнал о смерти Зои, навел справки о ней, узнал, что она жила у меня…
— Но он не может опуститься до шантажа. Он не такой человек.
Вопросов было много, они громоздились один на другой, и, не находя ответов, приятели под конец окончательно запутались.
— Переведем деньги и будем ждать. Если вдруг снова придет следователь и начнет допрашивать, скажем, что мы не знаем, где Зоя. Что предполагаем, что она уехала к своим родственникам в деревню, Сева знает. Все. Если станут проверять наши банковские счета и переводы, скажем, что приняли решение участвовать в проекте всемирно известного писателя Александра Шорохоффа, что вложились в экранизацию его книги «Стеклянная гильотина». К тому же у нас есть свидетели в офисах, которые подтвердят визит Шорохоффа с его агентшей. Так что — переводим деньги и ждем.
…Поздно вечером, когда Захаров во всем чистом, домашнем и уютном сидел на своем любимом диване и ел доставленную из ресторана утку с яблоками, раздался телефонный звонок. Номер был скрыт.
— Слушаю, — сказал он с набитым ртом. — Кто это?
— Ты что, милый, не узнал меня? — услышал он голос Зои и выплюнул кусок яблока на тарелку.
— Ты? Это ты?!!.. Ты… где?
— Там, куда вы меня вдвоем с твоим лучшим другом отправили.
— Зоя!!!
Послышались длинные гудки. Петр Аркадьевич плеснул себе еще одну порцию виски и залпом выпил.
Он буквально подскочил на диване, когда снова зазвонил телефон. На этот раз он узнал номер. Сердце его застучало.
— Слушаю вас, — произнес он сдержанно и затаил дыхание в ожидании подвоха.
— Это Шорохофф. Петр Аркадьевич, деньги пришли. Спасибо. Будем работать. Если будут вопросы, обращайтесь. Возможно, понадобятся средства на раскрутку проекта, рекламу. Так что, если захотите, чтобы ваше имя значилось в титрах и чтобы люди знали, кто является одним из тех, кто финансировал мою картину, сообщите, и мой агент с вами свяжется.
Захаров тотчас перезвонил Марку. Рассказал о звонке.
— Да, и мне тоже позвонил. Знаешь, меня это даже как-то успокоило… Хотя что на самом деле произошло и кто был тот человек, который подошел к нам в ресторане, я так до сих пор и не понял.
— Получается, что деньги мы на самом деле перевели Шорохоффу. Значит, все чисто?
— Да, похоже на то. Да только, если помнишь, там, в ресторане, мы подписали один документ…
— Да черт с ним…
