Фолова бездна! Что происходит с городом, если его жители стали ни с того ни с сего забывать самые простые вещи? Причем важные для них вещи! Отец Гон хотел со мной о чем-то поговорить, и это определенно не могло быть безделицей! Мама Роберта души не чаяла в сыне и вдруг забыла, что он вообще существует! Дед бросил незнамо куда свою любимую курительную трубку! Близняшки не смогли вспомнить, куда положили самую дорогую свою игрушку! А сколько подобных дел я видел в отчете у Жольда, вообще описанию не поддавалось!
Но что самое главное, это коснулось абсолютно всех слоев населения. И магов, и немагов, и детей, и взрослых, и стариков. Даже вон отец Гон засомневался! Так что, наверное, пора и мне задуматься, а не случилось ли в моей жизни чего-то такого, о чем я тоже успел забыть.
От последней мысли мне стало неуютно, но, наскоро порывшись в памяти, каких-либо провалов я при беглом осмотре не обнаружил. Беззаботное детство, лихая юность, ложное обвинение, дар, учеба у мастера Этора… на первый взгляд все было на месте. Включая наше знакомство с Йеном, смерть Лойда, появление Мэла и целую вереницу событий в Алтире, по которым я долгое время проходил у Корна как главный подозреваемый.
– Что-то случилось, Артур? – следом за мной обеспокоился святой отец.
Я глубоко вздохнул и, сжав покрепче руку Роберта, вкратце изложил свои подозрения.
– Обожди немного, – внезапно севшим голосом попросил жрец. После чего отошел в сторону огромной черной статуи, опустился перед ней на колени и низко склонил голову, одновременно с этим молитвенно сложив ладони на груди.
Пока отец-настоятель молился, я тревожно поглядывал на ученика, который тоже теперь хмурил брови и явно старательно вспоминал последние два месяца своей жизни.
– Мне не кажется, что я что-то успел забыть, мастер Рэйш, – шепотом сообщил он, заметив мой интерес. – Но, наверное, так и бывает: люди забывают какие-то вещи и не способны вспомнить даже тот факт, что из памяти что-то пропало.
Я молча кивнул.
Да, похоже, так и случилось с теми, кто успел попасть в поле зрения городской стражи. Интересно, отец Гон сможет добыть ответы у своего бога? И не пора ли мне начать задавать вопросы одной вездесущей Леди, пока я вообще не забыл, кому служу.
Неожиданно по моему затылку прошелся прохладный ветерок.
– Тебе не нужно этого опасаться, Артур, – едва слышно прошелестела Смерть. – Обо мне ты уже не забудешь. Ты мой.
Я напрягся.
– То есть темных магов и жрецов это не коснется?
– Коснется. Но гораздо позже, чем всех остальных.
Час от часу не легче.
– На границе миров магия слабеет, Артур, таков закон, – на всякий случай добавила Леди в белом, ласково поворошив мои седые лохмы. – Поэтому чем ближе граница, тем сложнее на вас воздействовать. И наоборот – чем вы от нее дальше, тем проще вас зацепить. В любом из миров.
– Значит, это все-таки магия? – тихонько спросил старательно прислушивающийся к разговору Роберт.
Из-за моей спины вынырнула изящная женская рука и бережно погладила зажмурившегося от неожиданности мальчика по седой голове.
– Можно и так сказать, Роберт Лернан Искадо. Однако это не ваша магия, не человеческая. Поэтому и воздействует она на всех одинаково.
– Даже на нежить?!
– Увы.
– Подожди! Подскажи, что это за магия?! Чья она?! И где мне искать источник?! – быстро спросил я, когда рука исчезла, и холодок на моем затылке почти перестал ощущаться.
– Не знаю, – уже откуда-то издалека шепнула леди Смерть. – Моя власть сильна только рядом с границей. Не отходи от нее далеко, Артур, иначе однажды можешь и не вернуться.
– Только этого не хватало, – тихо ругнулся я, когда богиня исчезла. – Если эта магия действует на оба мира, то в реальности нам тоже небезопасно. Роберт, тебе придется быть вдвойне осторожнее с теми, кого ты призываешь во Тьме.
– Я уже понял, учитель. Те, кто обитает на нижних слоях, могут меня и не узнать.
– Именно. А еще нам с тобой придется как можно чаще пересекать границу. Для гарантии, что из нашей памяти не испарится самое важное.
Наконец, отец Гон закончил молитву и, поднявшись с колен, обернулся. Выражение лица у него при этом было крайне встревоженное, а в глазах клубилась первородная Тьма, при виде которой я внутренне подобрался.
– Ты бы прав, Артур, в мире происходит нечто очень неприятное.
Да я уж догадался!
– И необъяснимое, – сумрачно добавил жрец. – В последние дни я много времени провожу на нижнем слое, и, как оказалось, это небезопасно. Я знаю, что именно хотел сказать тебе при встрече: Фол ниспослал мне еще одно видение. И только что об этом напомнил.
– Это что-то плохое?
– Не катастрофичное, – слегка успокоил меня святой отец. – По крайней мере, не сейчас. Но я видел Тьму, в которой волнами расходятся нити какого-то заклинания. И свет, который гаснет по мере того, как нас покидают самые дорогие и ценные воспоминания.
Я поджал губы.
– Фол дал вам хотя бы примерное расположение источника этих волн?
– Они повсюду, Артур, – качнул головой жрец. – Хотя пока они не выходят за пределы Алтира. Но Фол дал понять, что как только это произойдет, остановить эту магию нам будет не под силу.
