- О-о, молодец, Симптон! Поздравляем! - Это был мистер Бернхам, а не мой отец. - За Эмили и Артура! - Комната повторила его тост, а затем произошла вспышка " ура " и добрые пожелания. Когда миссис Райерсон и миссис Бернхам одарили меня мягкими поцелуями и поздравили Артура и меня, я увидела, что отец Артура хромая подошел к моему отцу. Я затаила дыхание. Хотя отцовское выражение лица было темным, оба пожали друг другу руки.
- Получилось. - Артур посмотрел на меня, и после этих слов он поцеловал мою руку.
Я не знаю, было ли это из-за облегчения или же из-за болезни, но тогда я упала в обморок.
Когда я пришла в чувство, вокруг меня было столпотворение. Отец кричал и звал доктора. Артур взял меня на руки и унес из комнаты в зону отдыха возле большого зала. Миссис Симптон пыталась успокоить отца и Артура, и сказала, что я была просто возбуждена и целый день чувствовала себя не хорошо.
- И платье у бедняжки слишком обтягивающее, - сказала она, когда Артур положил меня на мягкий диван.
Я попыталась заверить Артура и согласилась с его матерью, но я не могла говорить через кашель, который захватил меня. Затем я увидела человека с серой бородой, который склонился надо мной, проверяя мой пульс, и прослушивая мою грудь стетоскопом.
- Это определенно не хорошо. Лихорадка … быстрый пульс … кашель. Но в свете событий вечера, я бы сказал, что все кроме кашля могло быть приписано к истерике женщины. Хороший отдых, и возможно горячий пунш или два — это все, что я прописываю.
- Так, с ней все будет хорошо? - Артур взял мою руку.
Мне удалось улыбнуться ему и самой ответить.
- Вполне хорошо. Я обещаю. Все, в чем я нуждаюсь, это отдых.
- Она должна вернуться домой в свою кровать, - сказал отец. - Я призову нашу карету и …
- О, Отец, нет! - Я вынудила себя улыбнуться ему и сесть. - Я не смогла бы успокоиться, зная, что это я была причиной, которая испортила тебе ужин, которого ты так с нетерпением ждал.
- Мистер Вейлор, пожалуйста, позвольте мне сопроводить вашу дочь домой. -Мистер Симптон удивил меня, говоря это. -Я понимаю то, какое это бремя для семьи, когда один человек чувствует себя не хорошо, поскольку я так же чувствовал себя в течение многих месяцев. Этим вечером я соглашаюсь с небольшим отдыхом Эмили, ведь это не должно препятствовать празднованию для остальной части семейства. Мистер Вейлор, Артур, пожалуйста останьтесь. Съешьте, выпейте и не огорчайте Эмили и меня.
Я покрыла свою улыбку кашлем. Мистер Симптон поставил отца в неловкое положение дважды за эту ночь, и он выглядел бы смешно, если бы отказался от его предложения. Если бы я не чувствовала себя ужасно плохо, я захотела бы танцевать от радости.
- Ну, ладно. Я позволю вам отвезти мою Эмили домой. - Голос отца был груб, находясь на грани невежливого, но все вокруг нас вели себя так, как будто не замечали этого.
Все кроме Артура. Он взял мою руку и встретил темный пристальный взгляд отца, говоря:
-Эмили теперь наша, мистер Вейлор.
Артур, а не мой отец помог мне дойти до кареты и, поцеловав мою руку, пожелал мне доброй ночи, говоря, что он придет ко мне на следующий день.
Отец стоял один и с негодованием смотрел на прекрасную, хорошо обитую материей карету, на мистера Симптона и на мою улыбку.
Казалось, что я была принцессой, которая, наконец-то, нашла своего принца.
* * *
Дом Вейлоров был необычно тихим и темным, когда карета Симптона оставила меня на пороге у парадной двери. Мистер Симптон хотел проводить меня до комнаты, но я возразила, говоря, что он только больше повредит свою ногу, и объяснила, что камердинер отца, а так же и моя горничная, будут ждать меня в доме.
Тогда я сделала то, что удивило меня. Я склонилась и поцеловал в щеку старика.
- Спасибо, сэр. Я обязана вам отплатить благодарностью. Сегодня вечером вы спасли меня дважды.
- О, нисколько! Я доволен выбором Артура. Выздоравливай, дитя. Скоро мы снова поговорим.
Я думала, как удачно я нашла Артура и его приветливых родителей, когда я вошла в наш холл и включила газовое освещение в пределах комнаты. После успокоительной темноты кареты и ночи, свет, казалось, послал шипы в мои глаза, и я немедленно закрыла их.
- Мэри! - позвала я. Дома никто не откликался. - Карсон! Здравствуйте! - Позвала я снова, но мои слова были перебиты чудовищным кашлем.
Я жаждала утешительных теней своего сада и темноты, сокрытия под своей ивой — тогда я полагала, что это успокоит меня! Но я чувствовала себя настолько больной и осознавала, что должна добраться до постели. Похоже была сказана правда по поводу серьезности моего кашля и моей лихорадки, это начинало пугать меня. Я боролась эти три лестничных пролета, желая, чтобы Мэри услышала меня и помогла мне.
