– Этот тигр что-то вроде домашнего, он знает людей, иначе не гулял бы так близко от шале. А поворачиваться спиной к хищникам нельзя, так же как и смотреть в их глаза. Ты не знала?
– Знала. – Олеся продолжала держать свою руку в его руке. – Но забыла.
– Порой такая забывчивость может стоить жизни. – Тихомиров сам выпустил ее ладошку. – Помни об этом.
Олеся помрачнела.
– Олег?
– Я пойду, – Тихомиров повернулся к ней спиной. – Кстати, – он обернулся, – экспедиция закончена, завтра мы летим домой.
– А как же орхидеи? – спросила Олеся, чуть не плача.
Внезапно она поняла, что Тихомиров по какой-то только ему ведомой причине никогда не простит ей связь с Ворониным. Вернее, бывшую законную связь.
– Мне очень жаль, – без тени жалости ответил Олег и, не поворачиваясь, бросил напоследок: – Я считаю, что дальше продолжать путешествие просто опасно.
– Для кого? – крикнула Олеся и побежала вслед за Тихомировым.
– Он боится за свою шкуру! – Воронин сидел на поваленном дереве и курил. – Я все слышал, эй, спонсор!
Тихомиров прошел мимо, даже не взглянув в его сторону. Зато Олеся подбежала к Павлу и схватила его за плечо.
– Чего ты добиваешься? – Она трясла мужчину, словно грушу. – Чего?
– Отвали. – Воронин сбросил ее руку и пошел в сторону пансионата.
А Олеся опустилась на дерево и заплакала. Тем временем Тихомиров вернулся в импровизированную столовую под открытым небом.
– Собирайтесь! После завтрака мы выезжаем.
Он только что сообщил путешественникам о своем решении прекратить экспедицию.
– Я остаюсь, – Воронин стоял у него за спиной, – к твоим деньгам я не имею никакого отношения, а свою работу я еще не закончил.
– Какую работу? – Тихомиров хитро прищурился. – Мечтаешь кому-нибудь перерезать здесь глотку? – смеясь, спросил он, играя желваками.
Павел дернулся как от пощечины: либо Тихомиров что-то знает об истинной причине его нахождения здесь, либо он просто так удачно пошутил. Воронин растерялся и замолчал.
– Дурацкая шутка, Олег. – Олеся пыталась застегнуть сумку, но китайский замок, пережив купание в реке, окончательно заржавел.
– Давай помогу. – Олег, наверняка чтобы разозлить Воронина еще больше, подошел к Олесе и присел на корточки. – Чего ты сюда натолкала? – Мужчина под недоумевающими взглядами присутствующих попытался соединить расходящиеся края сумки. – Доски? Кстати…
Возникла пауза, за время которой Тихомиров страшно побледнел.
Олеся растерялась совершенно:
– Я… я… Олег?
Остальные участники экспедиции стояли рядом и непонимающе переглядывались. Такого Тихомирова они еще не видели – обычно сдержанный и спокойный, сейчас Олег напоминал комок нервов.
– Вам плохо? – Татьяна осторожно дотронулась до плеча Тихомирова. – Вы заболели?
– Это твоя сумка, Олеся? – Тихомиров сделал ударение на слове «твоя». – Да? Отвечай! Не молчи!
– Папа? – Влад с красными от слез глазами подошел к отцу. – Папа? Что с тобой?
– Ничего. – Тихомиров неимоверным усилием воли взял себя в руки. – Все хорошо, сынок. Иди собирайся, а мы поговорим с Олесей Викторовной.
Олеся пожала плечами:
– Моя!
– Точно? – Тихомиров походил на шизофреника.
– Может, у него приступ малярии? – шепотом поинтересовался Дмитрий у стоявшей рядом Татьяны. – Тогда его поведение можно понять.
– Иди сюда. – Воронин дернул Олесю за руку. – Слушай, ты, псих, не приближайся к ней, а то я тебя…
– Что ты меня? – Тихомиров медленно пошел на него. – Ну что?
– Прекратите, – Дмитрий подскочил к Олегу. – У вас, похоже, приступ малярии, вы не в себе.
Тихомиров застыл на секунду, а потом резко развернулся и отправился к домику, где они с сыном провели ночь.
– Змея была в твоей сумке! – крикнул он, оборачиваясь. – Эту сумку должна была первой открыть ты!
Олеся замерла:
– О господи, правда…
– Больной. – Воронин отпустил Олесю. – Да он просто больной…
– Подожди, Павлик, – Олеся рванула следом за Олегом.
– Стой! – Воронин схватил ее за футболку. – Ты остаешься вместе со мной!
– Как? – Олеся резко повернула к нему голову, ее волосы, собранные в хвост, проделали в воздухе красивую петлю и ударили Павла по щеке. – Что ты этим хочешь сказать?
– То, что ты никуда не едешь, а остаешься со мной. Слишком много всего плохого происходит вокруг!
Между тем Олег и Влад уже перетащили свои вещи на пустынный берег и, что-то объясняя новому лодочнику, забрались в новенькую красную моторку. Дмитрий и Татьяна как по команде рванули к Тихомировым, похоже, что желание остаться в этих джунглях еще на некоторое время у них пропало.
– Стой. – Павел, как в тисках, держал Олесину руку. – Мы уедем позже.
Олеся еще раз дернулась и сникла.
– Вы остаетесь? – «Гений» повернулся к ним и крикнул во все горло: – Олеся?
– Она остается, – заорал Павел. – Счастливого пути.
Татьяна помахала им рукой и, усевшись в лодке поудобней, отвернулась. Олег сидел на корме, не сводя глаз с мутной воды, а Влад и «гений» расположились напротив лодочника.
Моторка плавно набрала ход, и, петляя между огромными камнями, пошла против течения.
Олеся инстинктивно дернулась еще раз, но Павел продолжал ее крепко держать.
– Куда? – Он прижался губами к ее волосам.
