-Я не знаю вашего языка. Старая ведьма Хварг сделала это со мной. Отрезав мой язык, она поместила мне в рот язык одного из ваших. Она говорила заклинания и окропляла мою грудь кровью. Всё для того, чтобы упростить наше общение. Она приглашает вас чужаков в свою обитель, она знает, что вы идете и что это неизбежно. Она не собирается вас останавливать, напротив, ведьма хочет, чтобы вы были свидетелями,- более он не вымолвил и слова, товарищи пытались выдавить из пикта еще сведений, однако он молча уставился на путы связывающие его руки и ноги, явно давая понять каких именно дальнейших действий ждет от пленивших его людей. Конан молча перерезал веревки, связывавшие пикта, его кинжал прильнул к горлу дикаря.
-Если я замечу даже незначительное движение, которое мне может не понравиться, тогда у тебя появится второй рот, чуть пониже первого. А теперь веди.
Зрелище, которое предстало взорам спутников, могло помутить разум даже самым крепким и видавшим виды воинам. Следопыты и их пленник продолжали путь на юг до тех пор, пока не наткнулись на небольшую деревеньку, скрытую в плотных зарослях. Небольшое поселение обнесено частоколом. Спутники с опаской смотрят по сторонам, кинжал Конана плотно приткнут к глотке пикта. Едва завидев острые смазанные чем-то очень вонючим, чтобы отогнать местное зверье, колья частокола, Конан насторожился. Часовые не выставлены, а крепко сбитые ворота распахнуты настежь. Варвар сделал знак товарищу замедлить движение. Передав пленника своему товарищу, Конан словно дикая кошка подкрался к распахнутым створкам, его ладонь лежит на рукояти клинка, тело напряжено и готово к броску.
Но этого не понадобилось, ибо атаковать их никто не собирается. Но и расслабляться не стоит, опасность в этих краях может прийти с любой стороны и внезапно ударить в спину. Ясно одно, на деревню было совершенно нападение и похоже здесь ни осталось ни одной живой души. Они прошли слишком далеко, здесь господствуют пикты, дикие места даже с учетом того где они находятся. Кому вообще могло прийти в голову поставить здесь жилища. Конан проник за стену проскользнув в распахнутое зево врат, Игвар последовал за ним. Вокруг царит могильная тишина, тишина способная бросить в дрожь. Какая-то липкая тишина, словно все вокруг окутано туманом.
Неожиданно в ушах раздался звон, а следом последовали протяжные песнопения. Конан ни медля ни секунды бросился туда откуда доносились звуки, едва спутники миновав несколько хижин достигли эпицентра издаваемых звуков, их глазам открылась чудовищная картина. Вокруг небольшой импровизированной поляны установлены столбы, на которых привязаны женщины поселения, старухи, дородные женщины, девушки и совсем еще юные девочки висят на столбах, огибаемых поляну, у каждой из них перерезано горло, несчастные стали жертвами неведомого таинства, похоже товарищи опоздали к основному действу, застав лишь эпилог. В центре же круга связанный по рукам и ногам на коленях стоит следопыт, его глаза горят страхом. Над ним возвышается его давний товарищ Холт с занесенным кинжалом, а подле него с обезумевшими красными глазами тень безобразной старухи. Она будто призрачное марево, способное развеяться от малейшего дуновения ветерка, бестелесный образ ведьмы покачивается в трансе, если подобное определение применимо по отношению к чему-то бестелесному и это именно от нее исходят протяжные звуки песнопений. Немного поодаль виднеется груда разорванных на части человеческих тел. Над ними вьются мухи и исходит дурной запах, похоже в этой яме из которой виднеются оторванные человеческие конечности покоится мужская часть населения деревеньки. Но кроме старухи, никого из пиктов не видно, она же не могла устроить подобное в одиночку. Бред.
Нет более времени ждать, в любой миг их товарищу может быть нанесен смертельный удар. Игвар отбрасывает в сторону пленного пикта с перерезанной глоткой, его услуги друзьям более не понадобятся. Друзья бросаются на выручку, Игвар выпускает арбалетный болт, который с протяжным хлюпаньем ударяет в грудь Холта отбросив его на несколько метров, призрачный лик ведьмы меркнет, однако ее пронизывающий каркающий голос раскатывается по всей округе.
