Две переполненные лодки устремились к дальнему берегу. Мы были прямо перед Михасом. Другие принцессы и их гребцы уже прибыли и сейчас шагали к палатке. Огромная темная фигура ждала на берегу. Силуэт ожидающей фигуры превратился в дикое животное создание с большими устрашающими крыльями. Я замерла, одной рукой зажав рот, чтобы не закричать от удивления и ужаса.
Лодка подплыла к месту, и темная фигура наклонилась. Его узкое, израненное лицо приблизилось ко мне слишком близко, и оно вытянуло Лакримору из лодки так легко, как будто она ребенок, держа ее осторожно в своих лапах; его горячее дыхание прокатилось по моему лицу, оставляя запах горького миндаля и табака. Я не могла остановить дрожь, прокатившуюся по мне.
Змей. Дракон, демон, хранитель сокровищ, насильник молодых дев.
— Лорд Драгос, — открыла рот от изумления Лакримора. Я никогда не видела ее раньше взволнованной. Я очень хорошо понимала ее ужас. Я застыла. Мой живот туго затянулся в узел от страха.
— Вы все еще носите железные ботинки, — сказал змей низким рокочущим голосом. — Мудрость вашего отца опережает его. Он был одет в разрезанную черную мантию, которая совсем не прятала его козлиных ног, одетых в короткие штаны. Он носил королевские золотые браслеты на запястьях. Его мантия была застегнута на пряжку, имеющую форму его изогнутых ужасных зубов. Я прикусила пальцы, чтобы не закричать. Если он раскроет меня… если он найдет меня! Все мои детские кошмары о Муме Падурий стали незначительными рядом с запахами и звуками живого змея.
— Мудрость моего отца заключается только в попытке подлатать тонущую лодку во время шторма, — ответила Лакримора. Хотя она находилась в красных руках лорда Драгоса, принцесса сохранила спокойствие и была холоднее, чем дождь. Я завидовала ее храбрости.
— Железная обувь всего лишь более надежная, чем предыдущая, сделанная из телячьей шкуры и сатина.
Лорд Драгос вдохнул и выпустил пепельный дым через ноздри.
— Твоя железная обувь такая же крепкая, как мои копыта? — спросил он. Он наступил копытом на камни, выпустив искры, и раздался звук, резкий и глухой по всему озеру. Эхо разнеслось за павильоном, хотя за ней была каменная стена. Я зажмурилась и стала опасаться два вида темноты, одну — пустую, и другую — крепкую. Гора?
Лакримора улыбнулась и ничего не сказала. Это была недружелюбная улыбка, но Лакримора никогда не улыбалась.
— Кто наш новый гость? — спросил дракон.
На мгновение я запаниковала и подумала, что он имеет в виду меня, и почти закричала. Но я рукой зажала рот еще раньше, подсознательно ожидая такого вопроса. Но змей смотрел на лодку Натана, а именно на Михаса. И тут же мужчины в красной ливрее быстро прошли через павильон и вытащили мальчика, как только лодка с ним достигла берега.
— Просто еще один молодой идиот, — сказала Лакримора, пожав плечами и заклеймив так Михаса.
Хотя даже это мнение не отличалось сильно от моей оценки его, ее обычная отстраненность злила меня, и даже на долю секунды я забыла о страхе.
Змей понес принцессу Лакримору вверх по дорожке за Михасом, когда Иосиф вылез из лодки и потащил ее к дальнему берегу, ворча из-за моего веса. Затем он последовал за Лакриморой и змеем вперед к павильону.
Я говорила себе, оставайся в лодке, следи за ними, идущими к павильону. Я просто останусь в лодке. Я не пойду никуда рядом с этим созданием.
Но, несмотря на это мудрое предупреждение, я вылезла из лодки.
Хорошо, разомни свои ноги, я говорила себе. Только не следуй за ними.
Но, конечно же, я последовала за ними.
Без вопросов, ты сама себе самый худший враг, ругала я себя, даже следуя за ними на цыпочках.
Издалека строение выглядело хорошо, ближе оно смотрелось фантастически. Поддержкой павильона были деревья из золота, а крыша была переплетена их листьями в виде золотого купола. Жемчужная цикада, пролетая, приземлилась на стволе дерева, где потерла свои лапки и начала создавать прекрасные звуки лютни. Вся музыка была создана крошечными прекрасными созданиями, ящерицами и саранчой, и маленькими птичками.
Весь свет шёл не от свечей, а от несметного числа ос с маленькими светящимися огоньками. Это мило, если вам нравятся такие вещи, но у меня началась чесотка, когда я увидела покачивающиеся усики. Я решила больше не смотреть так близко на них.
Группа помостов окружала огромный центральный пол из блестящего золотого дерева. На одном из помостов был банкетный стол, на другом поменьше — крытая беседка, а на третьем — обитые шелком стулья. С краю банкетного помоста, Лорд Драгос поставил Лакримору на ноги, и предложил ей руку. Она положила свой мизинец и позволила ему вести к столу, где сидели ее сестры. Бедный Михас был привязан к маленькому стулу с одной стороны.
Драгос помог Лакриморе занять ее место.
— Я напоминаю себе не беспокоиться об этой обуви. Потому что если твой отец навредит вам очень сильно, даже если одна из вас не сможет танцевать…
— Не бойтесь, мой лорд. Мы способны танцевать, как и обычно. Сегодня все будет как обычно.