— А я так понимаю, что информация, которую ты наверняка не раз видела о нем в прессе, не укладывается в твоей прелестной головке. — Стивен усмехнулся. — Могу тебя заверить, дорогая, что Вольф не только закоренелый соблазнитель женщин. Он хороший сын для Алети и брат для Люка. И отличный друг мне вот уже много лет. Он станет и твоим другом, если ты позволишь ему это.
— Конечно, конечно. Но мы сейчас должны говорить о тебе, а не о Вольфе. — Анджелика взглянула на отца. — Как ты себя чувствуешь перед операцией?
Стивен пожал ее руку и облокотился на спинку стула.
— Я готов к ней, дорогая. — Мужчина поморщился. — Хоть я никогда не любил ни врачей, ни больницы. Но ради тебя я готов все пережить, мой ангел. Если ты будешь ждать меня, я постараюсь побыстрее прийти в себя после наркоза. Но даже если не очнусь...
— Нет, не говори так. — Анджелика взяла отца за руку. — Я не перенесу, если что-нибудь случится с тобой! — И это была чистая правда.
Стивен ободряюще улыбнулся.
— Энджел, что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты знала: день, когда ты вошла в мою жизнь, был самым лучшим в моей жизни.
Анджелика едва сдержала слезы, готовые скатиться по щекам. Она должна быть сильной. Ради Стивена!
— У нас впереди еще много лет и, не сомневаюсь, будут дни не хуже, — произнесла девушка как можно более уверенно.
— Надеюсь, — улыбнулся Стивен. — Ладно, тебе пора ложиться в постель, чтобы хорошенько выспаться. А у меня есть еще дела.
Анджелика уважала отца и не стала ему перечить. Она поднялась и пошла, в свою комнату, чувствуя себя как никогда одинокой. Ей хотелось бы, чтобы ее родные были рядом, но при сложившихся обстоятельствах это не представлялось возможным. Мама — бывшая любовница Стивена, и вряд ли отчим согласится отпустить жену. А сестры не имеют к этой ситуации никакого отношения.
Анджелика замерла на месте, увидев Вольфа у дверей своей спальни, и с ужасом посмотрела на него. Что ему теперь от нее нужно? Он специально дожидался ее, чтобы снова как-нибудь оскорбить? Или угрожать ей? Если так...
— Я хотел убедиться, что все хорошо, прежде чем лечь спать, — произнес Вольф, отвечая на ее вопрос. — Чтобы не возникло ненужных проблем.
Анджелика не сразу поняла смысл его слов. Она нахмурилась, продолжая выжидательно смотреть на Вольфа.
Мужчина грустно улыбнулся.
— Мы объявили перемирие на сегодняшний вечер, помнишь?
— Я думала, это только ради Стивена.
— Неужели? То есть ты предпочитаешь, чтобы мы сейчас начали обмениваться колкостями?
В действительности Вольф и сам не мог объяснить точно, почему дожидался возвращения Анджелики. Когда он поднялся к себе в комнату, ему вдруг пришла в голову мысль, что ее чувства к Стивену кажутся искренними, а значит, Энджел может быть расстроена после разговора с ним и нуждается в поддержке... А разве не об этом просил его друг?
Если, конечно, чувства Энджел к Стивену и в самом деле искренние...
— Нет, разумеется, нет. Я просто... — Анджелика покачала головой и закрыла глаза, чтобы сдержать слезы.
Вольф тут же подошел к ней.
— Ты должна быть сильной, Энджел, — произнес он тихо. — Ради Стивена и ради себя тоже.
— А что, если он умрет, Вольф? — Анджелика расплакалась. — Что, если все пойдет не так?.. — Она не договорила, чувствуя, что Вольф обнял ее и прижал к себе. — Мне кажется, я не вынесу, если с ним что-нибудь случится! — заключила девушка, всхлипнув.
Вольф позволил Анджелике выплакаться, а потом уверенным тоном произнес:
— Со Стивеном ничего не случится. Гарантирую. Врач настроен оптимистично. Да и у твоего отца крепкий организм. Вот только сердечко подкачало.
Анджелика печально покачала головой.
— Мы ничего не можем знать заранее. Операция сложная. И очень большой процент летальных исходов. А я ужасно расстроюсь, даже если узнаю, что он хотя и остался жив, но обречен.
— Все так, — не стал отрицать Вольф. — Но мы сделали все от нас зависящее, чтобы результат операции был положительным.
— Знаю, — вздохнула девушка. — Я просто...
— Нельзя допустить, чтобы Стивен увидел тебя в таком состоянии. — Он открыл дверь в ее спальню, не выпуская Анджелику из своих объятий.— Пойдем, Энджел. Уйдем из коридора, а то Стивен может увидеть твои слезы, если решит подняться к тебе.
Хотя Вольф не был уверен в том, что входить с Анджеликой в ее спальню такая уж хорошая мысль.
Ведь даже сейчас, когда, казалось бы, все его мысли заняты предстоящей операцией Стивена, близость девушки действовала на него возбуждающе.
Анджелика поняла, где она находится — и с кем! — только когда услышала, как за ними тихо закрылась дверь спальни.
То, что Вольф был мил с ней, не меняло тот факт, что он не доверял ей, как, впрочем, и она ему.
Анджелика убрала руку мужчины со своей талии и отодвинулась, взглянув на него из-под полуопущенных ресниц.
— Спасибо за... сегодняшнюю заботу, Вольф. Но раз уж у всех нас завтра сложный день, думаю, нам пора ложиться в постель. По одному. Каждый в своей спальне, — заявила девушка, наблюдая, как его губы медленно расплываются в улыбке.
