- Я только сегодня получил этот сюрприз в наследство и сам еще ничего толком не понял, - тихо выговорил Виллем, предчувствуя катастрофу.
Томас сжал ладони в кулаки.
- Ты омега, - брат не спрашивал, сам сделал вывод.
Виллем молчал.
- Ты меня предал, - вдруг выдал Томас. – Мы обещали друг другу быть всю жизнь вместе. Плечо к плечу. Общие враги, общие друзья. Одна клятва на двоих. Мечтали соединить королевства и создать империю. И что теперь?!
- Ничего не изменится, - Виллем, наконец, поднял взгляд на брата.
Лучистые глаза Томаса стали похожи на темные кусочки льда.
- Ты не знаешь, о чем говоришь, брат. Все изменится. Теперь ты регулярно будешь желать альфу. Найдешь какого-нибудь здоровенного самца, а то и не одного. Будешь терять над собой контроль и иметь в пустой затуманенной голове только одно желание – спариваться, долго и глубоко. Ты еще не понял, насколько твои течки будут управлять мыслями.
- Не оскорбляй меня раньше времени! - вспылил Виллем, гневно вскидывая голову.
- Ты предатель, - потерянно повторил Томас.
Хлопнул дверью. Исчез.
Виллем сорвал серебряный браслет навигатора с запястья, запустил в дверь. Глаза защипало. Он очень давно не плакал. Сейчас слезы текли против воли, щекотали подбородок.
- Разве я виноват? - спросил ушедшего брата Виллем и всхлипнул. - Это ты меня предал.
Он обхватил руками колени и положил на них голову. Хотелось не просто плакать, а скулить от обиды и несправедливости. Брат оставил его в самый сложный момент, а ведь Виллем доверял ему, как самому себе. Пошел бы с ним куда угодно и простил бы все на свете, кроме предательства.
Легкий шлейф цветущих персиков почти не ощущался на фоне ароматного буйства, кружащего вокруг Виллема. Принц почувствовал прикосновение к волосам и поднял голову.
- И ты ревешь, - констатировал старший брат. – Это пройдет. Все произошло слишком неожиданно. Ты успокоишься, Томи успокоится и прибежит к тебе с извинениями, вот увидишь.
- Он сказал… - Виллем всхлипнул.
- Я подслушивал, - без зазрения совести сообщил Оливер, вытирая ладошкой соленые слезы с щек младшего брата. - Вы бы меня все равно не почуяли.
- Оли, я теперь всегда буду так… благоухать? - с ужасом спросил Виллем.
- Нет, конечно, - серые глаза смеялись. - После первой течки все пройдет, но у тебя наверняка появится новый оттенок. Уверен, ты будешь пахнуть… обалденно.
- А живот больше не болит, - удовлетворенно выпрямился Виллем, поднимая голову с колен.
- Дааа? - протянул, улыбаясь, Оливер. – Тогда встань и пройдись.
Принц легко соскочил с надоевшей постели, на которой отлеживался несколько часов. Подошел к окну, вдохнул свежий весенний воздух вечернего сада и вдруг вытаращился на хитро смотрящего брата.
- Оли… У меня что-то течет между ног…
Оливер звонко хохотал, умиляясь наивности бывшего альфы.
- Я давно так не смеялся, братишка. Не переживай, все так и должно быть.
Оливер осторожно погладил застывшего у окна Виллема по плечу и весело подмигнул.
– Кстати, если накроет, то воспользуйся пальцами. Ну, а если совсем станет невтерпеж – набери меня по навигатору, я помогу.
- Ты о чем? - похлопал глазами принц.
Оливер чмокнул брата в щеку.
- Потом поймешь. Надеюсь, ты справишься. Ты же сильный!
- Вот заноза, - сказал Виллем развеселившемуся омеге.
Впрочем, сарказм Оливера был вполне объяснимым. Все детство и юность братья Виль и Том доставали милого старшего братика незамысловатыми шуточками и подколами по поводу его омежьей сущности. То, что кузен так быстро пришел на помощь Виллему, вызвало у принца приступ острой благодарности.
Этот день порядком вымотал юношу морально и физически. Ощущать постоянную влагу там, где ее не должно быть, было непривычно и пугающе, к тому же, то самое место начало неудержимо зудеть - снаружи, внутри. Сначала Виллем отвлекал себя чтением увлекательного приключенческого романа, но постепенно все мысли и чувства сосредоточились внизу. В паху сладко ныло, возбуждение медленно, но верно нарастало, причем не только там, где Виллем привык его ощущать, но и сзади, увеличивая желание вдвое. Измученный напряжением, принц решил позабавить себя водными процедурами. Но возбуждение не хотело сниматься обычной стимуляцией члена. Эрекция не пропадала, а ощущения в анусе заставляли парня выгибать поясницу и прижиматься страдающей попкой к холодной облицовке чаши для купания.
