"Так проклят будь, готический приют,
Где потолком входящий обморочен,
Где в очаге веселых дров не жгут.
Немногие для вечности живут.
Но если ты мгновеньем озабочен
Твой жребий страшен и твой дом непрочен "
О. Мандельштам
"...Воздвигались высокие стены, образуя могучие крепости и мощные многобашенные твердыни; их владыки яростно враждовали друг с другом, и юное солнце багрово блистало на жаждущих крови клинках. Победы сменялись разгромами, с грохотом рушились башни, горели горделивые замки и пламя взлетало в небеса. Золото осыпало усыпальницы мертвых царей, смыкались каменные своды, их забрасывали землей, а над прахом поверженных царств вырастала густая трава. С востока приходили кочевники, снова блеяли над гробницами овцы - и опять подступала пустошь. Из дальнего далека надвигалась Необоримая Тьма, и кости хрустели в могилах. Умертвия бродили по пещерам, бренча драгоценными кольцами, и вторя завываниям ветра мертвым звоном золотых ожерелий. А каменные короны на безмолвных холмах осклаблялись в лунном свете, как обломанные белые зубья.
...Холодное дыхание всесильного времени притушило былую славу княжества Гондор. Одряхлело и засохло Белое Дерево, а князь Менельдил, сын Анариона, умер, не оставив сына-наследника, и род князей-нумеронцев угас. Потом стражей, охранявших Мордор, однажды ночью сморила дрема, и Темные Силы, вырвавшись на свободу, укрылись за высокими стенами Горгоната, а вскоре, тоже под покровом ночи, захватили Крепость Восходящей Луны, перебили все окрестное население, и Минас-Этэр стал Минас-Моргул, или Крепость Темных Сил. Люди Гондора отступили на запад и засели в Крепости Восходящего Солнца, с грустью назвав ее Минас-Тирит, что значит Крепость Последней Надежды. Между крепостями началась война, и город Осгилиат был разрушен до основания, и в его развалинах поселились тени, призрачные ночью и прозрачные днем."
Статистика, как и математика, говорит об окружающем мире или слишком много или слишком мало. Ее использование в литературоведении противоестественно: в центре внимания любого произведения искусства находится человек, личность, а статистика имеет дело с множествами одинаковых элементов, и, значит, может рассматривать людей, только если они лишены индивидуальности. Все-таки, свой рассказ о Летописях Джона Рональда Роуэлла Толкиена я начну с фактов, относящихся к компетенции этой науки. Мы будем считать их не ответами, но источниками вопросов.
Книга, о которой пойдет речь, переведена на четырнадцать языков. Ее прочитало более ста миллионов человек. В одной только Англии она выдержала пятнадцать изданий за семь лет. Книга была признана самым популярным послевоенным литературным произведением англоязычного мира. Хотя и с некоторыми оговорками, политические комментаторы отмечают ее влияние на форму, если не на содержание, массовых молодежных движений шестидесятых годов.
Почему такой успех выпал на долю повести, которую часто называют сказкой для среднего школьного возраста? Почему ее читают и перечитывают? И не только дети, может быть, даже - не столько дети.
Три года назад информация о выходе в свет первой части толкиенской эпопеи быстро облетела "Великое Кольцо" советских Клубов Любителей Фантастики. Книгу изучали, спорили о качестве перевода, о содержании следующих, еще не изданных в нашей стране Летописей.
Мнения разделились. "Что вы нашли в этом Толкиене? - недавно спросили меня, - Добро бы вы не читали других книг жанра fantasy?"
Действительно, что нового сказал человечеству Джон Рональд Роуэлл Толкиен, профессор английской литературы, один из соавторов знаменитого тринадцатитомного "Оксфордского словаря английского языка", автор сказочно-фантастической эпопеи "The Lord of the Rings" - "Властелин колец"?
Я надеюсь, что эта статья станет ответом на заданный мне вопрос.
Конечно, оставаясь в рамках чистого литературоведения, нельзя проследить связи между реальностью нашей жизни и фантастическим миром волшебной сказки Дж. Толкиена, так что неизбежно наше обращение к социологии, к тому ее разделу, который называют философией истории. Поставленная цель требует уделить особое внимание идейному содержанию рассматриваемых произведений.
Но толкование сказочно-фантастической символики является источником опасности - можно приписать автору свои мысли. Я надеюсь, что многочисленные цитаты помогут избежать ее.
К сожалению, я пока лишен возможности рассмотреть все летописи Великой Войны. Однако, каждый том толкиенской эпопеи представляет собой самостоятельное законченное произведение, поэтому мы вправе ограничится изучением только одной книги - сказочной повести "Хранители".
