- Джулиана, Джули, Лиана, девочка моя сладкая. Лина, Ана, Уля. Уля-Уленька! Я буду звать тебя Уленька – малышка моя. Какая же ты у меня маленькая! – звучало у меня в голове.
- Майки, я тебя очень люблю, – мысленно проговорила я. – Я согласна на Уленьку.
- Что ты сейчас сказала – вдруг спросил меня Майкл.
- Ничего, я молчала – ответила, я растерявшись.
Майкл сел и внимательно посмотрел на меня - Нет, ты сейчас о чем–то подумала, мне показалось, я тебя услышал. Можешь повторить?
- Ну, я тоже кое-что слышала – сказала я – Я согласна на Уленьку.
Майкл радостно улыбнулся - Малышка, а давай проверим, я тебе сейчас кое-что скажу, а ты, если услышишь, сделаешь это. Хорошо?
- Хорошо,- согласилась я.
- Ну! Тогда встань и покружись! – прозвучало у меня в голове.
- Легко! – мысленно ответила я и встав, стала кружиться, раскинув руки в стороны.
- Малышка, ты супер! – орал Майк в моей голове.
- Присоединяйся! – позвала я. Майк вскочил на ноги, а я замерла, уставившись на него.
Нет, я конечно в анатомичке видела голых мужчин, но это было совсем не то.
- Майк – тихо позвала я, он перехватил мой взгляд, повернулся ко мне попой и рванул к бассейну. А я сложилась пополам от хохота.
Я еще смеялась, когда Майк вернулся. Он подхватил меня на руки, закружил, целуя.
Я обвила его шею руками и мысленно сказала – Ты очень красив Майк. Ты потрясающе красив, но убегал ты …. Он фыркнул и засмеялся, я вторила ему.
А потом мы еще купались, качались на качелях, мыли друг друга в душе. Целовались до звона в ушах, до опухших губ. Но грани так и не перешли.
Уже ночью, Майк отнес меня на второй этаж и уложив на кровать сказал – Спи спокойно родная
Затем обернувшись, лег рядом поверх одеяла.
Во сне я опять ходила по ярмарочной площади, и искала что-то очень важное. И опять проснулась, так и ничего не найдя.
Джулиана.
Утром, когда мы еще завтракали, мне пролетел вестник от Екатерины, в нем она просила срочно вернуться в госпиталь. Гадая, для чего я понадобилась в выходной и что такое могло случиться, я стала собираться. Переоделась, сложила вещи и мамины контейнеры в сумку, посмотрела на себя в зеркало и спустилась вниз. Майкл стоял в гостиной, одет он был в строгий костюм темно-синего, почти черного цвета и белую рубашку ворот которой был расстегнут.
-Уленька, я отправил вестник, экипаж скоро будет. Давай поговорим, пока у нас есть время.
Он взял меня за руку и усадил рядом с собой на диван. Помолчал, видимо собираясь с духом, потом сказал. – Я не хочу ничего от тебя скрывать. Вчера я разговаривал с отцом о расторжении помолвки. Он настроен категорически против. Пожалуйста, будь осторожна, я не знаю, что он решит предпринять. Может быть ничего, а может и заявиться в госпиталь. Если что, сразу отправляй мне вестник. Дед с мамой обещали помочь убедить его. Я сегодня поговорю с ними еще раз. Вечером постараюсь приехать к тебе.
Он грустно улыбнулся – Мы прорвемся любовь моя. Верь мне.
- Я верю.
Я поднялась с дивана встала перед ним и прижала его голову к своей груди, - Слышишь? Оно бьется только для тебя.
Взъерошила ему волосы и заглянула в любимые глаза. Они светились теплом и нежностью. Он притянул меня к себе на колени и захватил в плен мои губы. Поцелуй получился нежный с небольшой горчинкой. В экипаже мы ехали молча, думая каждый о своем. Я сидела, положив голову на его плечо, и понимала, что не хочу расставаться с ним даже на час.
- Я тоже, моя хорошая не хочу с тобой расставаться – отозвался он мысленно.- Я буду считать минуты до нашей встречи.
- Уу, от тебя, что теперь ничего не спрячешь, все мысли мои читать будешь?
- Нет, только те, что касаются меня. А так буду чувствовать твои эмоции. А со временем даже на расстоянии. Я твои, а ты мои.
Возле госпиталя мы попрощались до вечера, Майкл отправился домой, а я побежала в ординаторскую.
Екатерина сидела за столом и перебирала истории болезни. Мы поздоровались.
- Прости Уля, что испортила тебе выходной, но у нас форс-мажор. – сказала она и начала рассказывать. Вечером в пятницу примерно в то время, когда мы с Майклом ужинали, поступили первые тревожные сигналы. Хотя им на тот момент, значения особого никто не придал. Примерно около полудня на улицу неподалеку от ярмарочной площади вышла женщина по фамилии Троффеа и начала танцевать. Над ней подшучивали, смеялись, а она танцевала. Через три часа танцующих уже было человек двадцать- двадцать пять. К ночи число танцующих, увеличилось до шестидесяти человек. К этому времени миссис Троффеа, танцевала уже семь часов без остановки. Её супруг обратился за помощью в префектуру. Он рассказал, что жена собиралась готовить обед и у неё кончилась какая-то приправа. Вот за ней она и отправилась, сказав мужу, что она на минутку. А обратно не вернулась, добрые соседи подсказали, где её искать. На его обращение не реагирует, попытки увести её силой оканчиваются, тем, что она возвращается обратно. Туфли она потеряла или сбросила. Ноги уже сбиты в кровь, плачет, но танцует.
