Только знать бы, что все не зря,
Что тебе это вправду надо!
Я могу за тобой идти
По чащобам и перелазам,
По пескам, без дорог почти,
По горам, по любому пути,
Где и черт не бывал ни разу!
Все пройду, никого не коря,
Одолею любые тревоги,
Только знать бы, что все не зря,
Что потом не предашь в дороге.
Я могу для тебя отдать
Все, что есть у меня и будет.
Я могу за тебя принять
Горечь злейших на свете судеб.
Буду счастьем считать, даря
Целый мир тебе ежечасно.
Только знать бы, что все не зря,
Что люблю тебя не напрасно!
Я для моей девочки готов на все, и я точно знаю, все это не зря. Она меня любит и никогда не предаст. Пока я размышлял, дождь кончился и из-за туч, робко выглянуло вечернее солнышко, расцветив окружающий мир радугой.
Я допил вино и пошел спать. Завтра я заберу Улю и мы поедем в имение. Мне нужно будет рассказать ей о предсказании и о своем решении.
Майкл.
Вечером я заехал за Улей в госпиталь, и мы поехали в имение. Джулиана сидела рядом со мной задумчивая уставшая.
-Тяжелый день? - спросил я её.
- Да, нет, обычный. Сегодня приезжали со следственного отдела больше часа пытали сначала меня, а потом Екатерину по поводу потерянного дневника - отозвалась Джулиана.
- Какого дневника? – спросил я.
- А ты же не знаешь. Понимаешь, тут что-то непонятное. Я случайно нашла в библиотеке дневник Тейлора Сноу – мага высшей категории жившего более 200 лет назад. Дневник был у меня с собой, когда я первый день вышла на работу. После обхода и вашего осмотра я поняла, что виденная в дневнике схема очень мне напоминает плетение вашего проклятия. Я рассказала об этом Екатерине и мы с ней сидели в ординаторской и разбирались со схемой, пытаясь составить обратное заклинание. А когда прибежала медсестра и сказала, что у Адама приступ, мы, оставили дневник на столе, и побежали в палату. А когда вернулись дневника не обнаружили, с тех пор мы больше его не видели. Я рассказала об этом начальнику госпиталя и вот результат.
- А я помню этот день - сказал я.- перед приступом к Адаму подошла, какая-то медсестра, и что-то ему сказала на ухо. А потом, когда началась суета, она куда-то исчезла, я её кстати больше не видел. Надо будет поговорить со следователем, кто вас опрашивал?
- Самюэль Мартинес.
- Это хороший следователь. Я поговорю с ним в понедельник.
А потом мы сидели перед камином, смотрели на огонь и ужинали. После ужина Джулиана лежала, свернувшись калачиком, положив голову мне на колени, а я рассказал ей о предсказании, что получил отец. Она внимательно меня слушала, покусывая нижнюю губку.
- Джулиана,- я с волнением и тревогой посмотрел на неё и спросил, - Джулиана, если пройдется уехать далеко от родных, возможно навсегда, поедешь ли ты со
мной? Готова ли ты разделить мое изгнание?
Моя девочка поднялась, посмотрела мне в глаза и тихо сказала, - Я не смогу без тебя жить. Я буду скучать, конечно, по родителям. Но я готова идти с тобой хоть на край света.
От счастья и нежности у меня перехватило в горле. Я посадил её к себе на колени, обнял и поцеловал, вложив в свой поцелуй все переполнявшие меня чувства. Я целовал её пальчики, её глазки, шейку, перебирал пальцами локоны её длинных волос. Вдыхал её неповторимый запах и сходил с ума от желания раствориться в ней, слиться воедино. Мой зверь буквально сходил с ума, рыча, - Она наша, наша!
А когда я понял, что еще немного и я не сдержусь сам, и не сдержу своего зверя, переступлю грань, с трудом восстанавливая дыхание, сказал, - Пойду, окунусь в бассейне! - и выскочил на улицу.
Когда я успокоившись, вернулся, моя девочка уже спала. Я перенес её на кровать, раздел и, обернувшись рысью, лег рядом.
Я редко вижу сны, а если вижу, то часто на утро я не помню, что мне снилось. Но этот сон, я запомнил вплоть до мельчайших подробностей. Мне приснилась красивая женщина. Она подошла ко мне и взяв меня за руку сказала – Пошли со мной.
Мы пришли с ней в гостиницу, поднялись на третий этаж, и зашли в номер. На подоконнике сидела хорошенькая девочка лет двенадцати с роскошной косой цвета спелой пшеницы, и махала, кому-то в окно.
- Смотри и запоминай, это важно!- сказала мне женщина и пропала.
Девочка полистала, книжку, закрыла её и положила рядом с собой. Посидела немного глядя в окно, и произнесла: – Я сбегаю только на одну минуточку. Только туда и сразу обратно. Никто даже не узнает, – и слезла с подоконника. Приоткрыв двери номера, выглянула в коридор. На цыпочках вышла за двери, тихонько прикрыв их, скользнула на лестницу. Я отправился вслед за ней. К выходу прошла, гордо подняв голову и расправив плечики. Я невольно восхитился ею, эта девочка мне кого-то напоминала. Выйдя из гостиницы, она поздоровалась, и спросила у швейцара, – День добрый. Не подскажете, где здесь кондитерская, мама просила купить маффины к чаю.
Её звонкий голосок был мне откуда-то знаком.
