- Нет, Леди, - спокойно ответила я. - Сама я пришла лишь попросить прощения. Я не прошу освободить меня от чар. Понимаете, это будет невозможно, потому что в некотором смысле зло, обрекшее меня на этих жаб и змей, обрушилось на меня задолго до того, как я вас встретила. - И я снова едва не поперхнулась, когда куча только что выскочивших жаб встревоженно заквакала.
Она смотрела на меня с изумлением в глазах, пока длинная черная гадюка не подползла к ней и не начала обвиваться вокруг лодыжки. Она отдернула ногу и нетерпеливо взмахнула рукой. Жабы и змеи исчезли.
- Ладно, я попридержу его ненадолго. Но не навсегда, учти, - добавила она мрачно. - Просто я хочу поговорить с тобой внутри и не желаю потом выгонять это дрянь из кастрюли и горшков. - Недра взяла меня за руку и поставила на ноги. - Пойдем.
Она провела меня по коридорчику, который свернул вправо и вывел нас в главную часть пещеры. Едва она пересекла порог комнаты, вспыхнул золотистый шар магического света, засиявший под самым потолком, как миниатюрное солнце. Я осторожно огляделась. Пещера была похожа на дом лекаря или женщины-целительницы. С шестов свисали пучки сушеных растений и трав, вырубленные в стенке полки заполнены книгами. Недра указала мне на стул.
- Скажи мне, - сказала она теперь уже с любопытством, - что это было за зло?
Я напряглась.
- Я... я не буду о нем говорить. Вернее, не могу, - торопливо поправилась я. - Пожалуйста, не... заставляйте меня. - Меня внезапно потрясло, насколько непривычно говорить безо всяких жаб и змей.
Она подошла ко мне, наложила на лоб прохладные пальцы и простояла так неподвижно несколько секунд с закрытыми глазами.
- Ты можешь не хотеть об этом говорить, - заметила она, снимая руки, и шагнула в сторону, чтобы налить мне чашку вина. - Но забыть ты его не можешь, чем бы оно ни было.
- Нет. - Я посмотрела на свои руки, которые сжимала и разжимала на коленях. Она коснулась моего плеча чашкой, я взяла ее и жадно выпила вино.
Она села рядом со мной и смотрела, как я пью.
- Ты стараешься загнать его внутрь, но оно всплывает во сне, верно?
Я кивнула и глотнула воздуха. Вино оказалось необыкновенно крепким и немедленно бросилось мне в голову.
- Ну, хорошо, - прошептала она, и мне показалось, что ее голос доносится откуда-то издалека. - Покажи мне свои сны...
Тут я смутно поняла, какой была дурой. В вино было что-то подмешано.
Я откинулась на спинку, и чашка выскользнула у меня из пальцев. Пещера перед моими глазами померкла, и ее смыли волны мрака. Появился лучик света, поколебался и окреп, освещая комнату вокруг меня - и я оказалась дома! Дома! Я сидела в передней, чесала шерсть, рядом на стуле сидела мать и вышивала. Я услышала топот бегущих ног, потом дверь распахнулась. Вбежала задыхающаяся от бега Розалинда, прижимая к груди кувшин для воды. Платье ее спереди было мокрое и измятое.
- Мама! Грета! О, вы не поверите, что со мной случилось!
Мы уставились на нее, раскрыв от изумления рты, потому что после каждого ее слова изо рта у нее падали драгоценные камни. Они соскальзывали с губ и водопадом стекали вниз, радужно сверкая в льющемся из окна свете: рубины, топазы, бриллианты, изумруды, сапфиры и аметисты. Когда они падали на пол, слышался легкий музыкальный звон.
- Я встретила в долине возле колодца старую нищенку, - сказала она, переведя дыхание и бросив на пол кувшин. - Она попросила воды, и когда я согласилась и дала ей напиться, она поцеловала меня в лоб и сказала, что за мою доброту слова мои станут драгоценными камнями, а слезы жемчужинами! И, мама, когда я спросила, о чем это она говорит, я увидела, что стало так, как она мне предсказала!
Потом она исчезла, и я поняла, что это была Недра, Владычица Лесов!
Как можно было такому поверить. Но вот они - камни, и... да, вот и поцелуй, сияющий на лбу, как серебряная звезда.
Мать схватила другой кувшин, сунула его мне в руки и подтолкнула к двери.
- Скорее, Грета, отнеси его к колодцу. А когда придет нищенка, получи и ты от нее благословение!
- Но, мама... - начала я, но она захлопнула дверь у меня перед носом. Как могла я ей объяснить, что слышала разные истории о Недре и что боюсь ее?
Я медленно пошла к колодцу с пересохшим ртом. Добравшись, я наполнила кувшин и стала ждать, усевшись на край колодца.
Я подумала о Розалинде, о падающих к ее ногам драгоценностях. Что, если Владычица не придет снова? Тогда Розалинда останется единственной, получившей благословение, Розалинда, которой всегда везло, любимица, его любимица - и тут я почувствовала, что ветерок внезапно стих, а птицы перестали петь. За спиной послышались шаги, и чей-то голос произнес:
- Набери мне немного воды напиться, девочка.
