Кирилл толкнул его. Незнакомцу приказывать не пришлось – он недолго думая, вмазал Кириллу с такой силой, что тот аж опрокинулся со своего места.
‒ Дюймовочка, блять!!! Ты там живая?! Вставай давай, сука!
‒ Пошел ты!!
После этих слов, тип принялся лупить лежащего парня ногами. Кирилл лишь успевал прикрывать лицо руками. Но, все же, в глазах начало темнеть, а боль в груди становилась непреодолимо сильной. Ему стало тяжело дышать.
Внезапно, к подъезду подбежал Даниил. Он, скорее всего, услышал звуки драки и прибежал немедленно вмешаться.
‒ Эй, эй!!! Хорош! Братишка, оставь его! Сейчас мусора прикатят! Загребут всех нас к чертовой бабушке!!!
Незнакомец остановился. Он глянул на Даню, затем нагнулся над Кириллом.
‒ Ну че, бля? И кто тут договорился?? Мудачье блять!!
Уходя, он плюнул в сторону избитого парня, как бы показывая, кто тут босс.
Самое удивительное, что этот тип – общий знакомый Сони и Дани. Он не раз зависал с ними на «хате», рассказывал о службе в десантуре, и тому подобные байки. Соня, сидящая перед этим всем, никак не реагировала. То есть, абсолютно никак. Она даже глаза приоткрыла лишь тогда, когда Даниил помог парню подняться, а тот стал глубоко кашлять и сплевывать кровь.
‒ Ты как? Присядь, давай, ‒ заботливо сказал Даня.
Кириллу неплохо досталось. Боль в ребре не давала парню сказать и слова. Рассечена бровь, множество ушибов и ссадин на лице. Глянув исподлобья на своего «спасителя», Кира лишь отшатнулся. Ковыляя, он направился вон со двора, позабыв, наверное, зачем приходил.
Даня не стал его останавливать. Он подошел к Софии, которая находилась в непонятном состоянии. То ли спала, то ли нет. Но явно не понимала того, что произошло.
‒ А ты как?
‒ Даня! Хочу домой. Я начинаю замерзать!
‒ Уверена?
‒ Ты проведешь меня?
‒ Конечно! О чем спрашиваешь.
Парень поднял девушку, и, держа её подмышку, стал проводить со двора, в сторону Софьиного дома.
Казалось бы, ночь на этом и окончилась. Но, нет. Под покровом ночи, когда родители крепко спали, избитый сын возвратился домой ни с чем. Он был настолько раздосадован этим, что сняв с себя верхнюю одежду, и скинув обувь, принялся безудержно плакать. Кира присел у входной двери на тумбочку. Слезы спускались ручьями по его окровавленному лицу. Боль ела со всех сторон. Ребра, легкие, почки. Бровь, которая пекла как обожжённая. И сердце. Оно-то наверно и вызвало слезы.
«Я ведь хочу помочь. Чтобы она прекратила этим заниматься!! Она даже не обратила на меня внимания!!!»
Парень, с трудом поднявшись, двинул в ванную комнату, смывать раны.
«Что родители скажут?!! О Господи!!! К чему я докатился!!!»
Он глянул на себя в зеркало. Правая сторона лица начала опухать вокруг рассечения. Щека была покрыта незначительными ссадинами, которые парень получил, когда упал лицом о землю.
«Я бы может и дал ему отпор. Но все произошло так внезапно»
Кирилл поднял футболку. Ребра по правой стороне были налиты синим от ударов. Прикасаться было ужасно больно. Постанывая от боли, юноша ушел в свою комнату. Тяжело было ложиться – куда не ляг, все болит.
«Мне кажется, я уже не смогу её спасти от этого. Она окончательно погрузла в этом всем. Как бы я не пытался. Все напрасно. Нужно будет поговорить с ней, решить все раз и навсегда. Без косяков и всяких нежностей. Поставить точку – либо идем дальше, либо же нет. Надоело. Я без устали пытаюсь биться в дверь, за которой меня никто не слышит!»
Кирилл, выбрав удобную позу на кровати, накрыл лицо руками. С его глаз снова покатились слезы. Ему казалось, что он либо уже потерял её, либо начинает терять. Безвозвратно.
Даня же подводил девушку к её дому. Она ели плелась рядом, поэтому парень решил провести Софию в постель. Может и не дойти сама! Они стали подниматься по ступенькам. Девушка иногда, по дороге, вырывалась, со словами «Я сама!!». Но Даниил хватал её вновь и вновь, чтобы та не упала.
Дверь была не заперта с того момента, как Соня ушла. Ребята тихо зашли вовнутрь, и парень стал помогать, девушке раздеваться.
‒ Слушай, а что с Кирюшой? Куда он подевался? ‒ прошептала внезапно София.
‒ Домой пошел. Завтра расскажу. Иди, ложись.
Даниил остался стоять в коридоре, когда София, оступаясь и теряясь в пространстве, побрела к себе в комнату. Любопытство заставило парня заглянуть в комнату к родителям. Они крепко спали, обнявшись на диване.
«И им по херу. Хотя, будь я в их состоянии, мне наверно было бы тоже».
Затем он на носочках прошел к комнате девушки. Она упала на диван, и моментально отрубилась. Даня закрыл к ней дверь, и тихо вышел из квартиры.
Выйдя из подъезда, он накинул на себя капюшон, и, закурив сигарету, покинул двор Софии.
Ночь подходила к своему завершению. Начало светать. Густые ночные тучи стали понемногу рассеиваться, воздух проник утренней свежестью. Готовился к рождению новый, погожий октябрьский день.
