Когда наши герои пришли домой, они оставили свои вещи, он достал из холодильника и разогрел обед, а затем, за трапезой, Кирилл решил начать свой разговор.
‒ Я все понимаю, конечно. У тебя непростая жизнь дома. Тяжело вот так жить. Я не раз тебя поддерживал.
‒ Да, поддерживал.
‒ Как ты себе представляешь наше будущее?
Девушка стеснительно выдерживает паузу. Она задумчиво опускает глаза в пол, и, через какое-то мгновение, спокойно отвечает.
‒ Чтобы мы были вместе, в первую очередь. Да и в последнюю.
‒ И мне бы тоже этого хотелось. Но, к сожалению, тебе важнее накуриваться и выпивать с дружками на хате, чем быть со мной.
‒ Это неправда. Ты меня не поймешь.
Кирилл неодобрительно кивнул головой, и пара дальше сидела ни сказав ни слова. Просто, молча, доедая обед, и иногда поглядывая друг на друга.
На улице уже было темно. В этот день было значительно холодней, чем раньше. Поэтому перед выходом парень заставил Соню одеть под парку еще и его кофту поверх своей рубашки.
Влюбленные вышли из дому. Снова держась за руки, они направились вон из своего района. Девушка предложила пройтись по кварталу трущоб. По её словам, там всегда было тихо и спокойно. При этом весь город знал, что об этом районе ходила дурная слава. Постоянные пьяные разборки, наркопритоны, заброшенные свалки, здания. Не совсем романтическое место.
В общем, наша парочка все же подошла к местному заброшенному зданию. Это был недостроенный оздоровительный комплекс, строительство которого бросили по непонятным причинам. То ли денег не хватило на оборудование, то ли на зарплаты строителям, и они взбунтовались. Ходили еще слухи, что на завершающем этапе, перед оформлением фасада здания, началась полнейшая чертовщина, застройщики стали видеть странных существ, то ли бесов, то ли свиней с рогами. Впрочем, многие не обращали на это внимания, воспринимая эти слухи, не более чем ересь или плохую шутку.
Территория вокруг заброшки была действительно внушающей. Около ста соток, не меньше. Повсюду – заросли высокой травы и россыпи строительного мусора. Фонари над тротуаром освещали лишь прилегающую к зданию территорию. Сама же застройка и окруженная забором большая местность за ней, заросшая вдоль и в поперёк кустарниками, не была видна.
‒ Воистину, забытое место! ‒ восхищенно воскликнула девушка.
Софию всегда привлекали подобные места. Там, где было бы минимум людей, ощущалась доля страха, и, при этом, можно было ощущать свободу от городской суеты. В таких местах Соня чувствовала себя совершенно по-другому. Более спокойно, уютно. Можно было сесть где-нибудь на открытом месте, уставится в небо, думая о чем-то отвлеченном.
‒ Пойдем туда, Кирюш!
‒ Мне не очень-то хотелось бы! ‒ в ответе юноши чувствовалась нотка протеста.
‒ Ну, пойдем! Только фонарик включи.
‒ Ты ищешь приключения на свою прелестную попу.
‒ Ну, мне хочется какого-то адреналина! Чтобы кровь стыла в жилах!
‒ Залезь под одеяло ночью и под фонарик читай страшные истории. Больше адреналина получишь!
‒ Ну, зая! Пошли!
Кириллу, наоборот, по душе более оживленные места. Нет, не парады и митинги. И тем более детские праздники. В плане природы более живые. Парень обожал ездить на шашлыки на речку, или в лес по грибы осенью. Он любил отдыхать с друзьями на рыбалке, поближе к воде. И даже просто посидеть на веранде какого-то кафе просто на улице, выглядело для Киры более приятным зрелищем, чем в потемках сейчас бродить по этому мусору. Но, с другой стороны, для их интимной обстановки при серьёзнейшем разговоре, лучшего уединения, чем на таком пустыре, в этот вечер, наверное, уже и не представилось бы.
Парень включил фонарик. Соня же, взяв его крепко за руку, потащила за собой вперед к зданию заброшки. Перед ними открылся большой трехэтажный комплекс, с множеством входов и выходов. О присутствии здесь цивилизации могли говорить лишь граффити, которые украшали любой пустой участок стен данного здания.
У заброшки был главный вход, куда и направилась София, ведя за собой любимого. Она всматривалась вокруг с таким изумлением, которое возникает наверно, лишь, когда впервые попадаешь в зал искусств или какую-то галерею. Кирилл же пристально осматривал каждый угол, будто искал там скрытую опасность.
Ребята поднялись по проёму на первый этаж. По лестничной площадке можно было лишь подниматься по этажам, в подвал входы были с улицы. И к ним тоже вели лестницы.
Сквозь освещаемую фонариком темноту, кроме массы мелкого мусора, подтипу шприцов, битого стекла и прочего, нельзя было увидеть ровным счетом ничего. Абсолютно заброшенное, никому не нужное место. Оно могло привлекать лишь наркоманов, пьяниц, самоубийц. Таких авантюристок как наша Сонечка. Или же еще кого-нибудь, поинтересней прочих.
‒ Тут не интересно. Пошли, подымимся на этаж выше!
‒ Не самая лучшая идея. Знаешь ли?
‒ Та ладно тебе! Один раз живем! Не дрейфь. Прорвемся! Главное, что мы вдвоем!
