— И вот что у нас получается дальше, — с увлечением продолжила вещать Раиса, — кто у нас тогда не отравился? Выжила Шурочка, которая побежала утешать побитого Захара. Непутевая была баба. И вредная. Жила как бомжиха, выпивала, непонятно с кем шашкалась, все ходила по селу деньги на выпивку клянчила. Да и бог с ней!.. Лет пять назад ее обнаружили повешенной в сарае. Ну повесилась, мол, и повесилась. Допилась до чертиков! Но!.. — Раиса подняла вверх указательный палец. — Ее соседка рассказывала, что за несколько дней до смерти та жаловалась на странное состояние, будто кто-то проклял ее, видела какого-то призрака у себя в саду, потом ей какая-то монашка мерещилась… Видимо, с ума стала баба сходить, вот и не выдержала.
— Но ведь ее никто не убивал, — вставила я.
— А с чего ты взяла, что кто-то кого-то убивал? Тогда в лагере это не было убийство, хотя… Мои Таро мне говорят обратное, но об этом позже. Смерть сама поспособствовала тому, чтобы жертва залезла в петлю!
— Я думаю, это последствия алкоголизма, — предположила я.
— Возможно. Но факт остается фактом. Хорошо, идем дальше. Ее любимый Захар, которому было наплевать на нее и который сразу после окончания школы уехал из нашего села, и больше я его не видела. Не знаю, что с ним случилось, но точно знаю, что его уже как лет десять нет в живых. Поэтому тут остается только предполагать. Ладно… кто там у нас следующий? Глеб Исайкин. Долго он в Саранске прожил с сыном, жена-то давно богу душу отдала. А на старости лет, видимо, решил на родине пожить, в родном селе, да ближе к лесу и на свежем воздухе. Три года назад, как сын его привез в их старый дом, ремонт сделали, огород вскопали. Копошился там Глеб, как мог, да и сын приезжал часто, помогал. И что мы видим: умирает наш Глеб какой-то странной смертью, и тоже, по слухам, странный он стал последнее время, видения ему виделись всякие. Да еще этот колдовской подклад. Мне Сашка об этом рассказал. Ты ведь тогда решила, что это я сделала. Нет, милая, я этим не занимаюсь!
— Я ничего еще тогда не решила, просто проверяла одну из версий, — сухо ответила я.
— Я уже слышала это… Ну и твой Колька Лазарев — его убили! — торжественно заявила Раиса и, сложив руки на груди, выразительно посмотрела на меня.
— Но ведь Николай Лазарев единственный, кого убили…
— Но ведь убили же! Не своей смертью он умер! Никто из той девятки не умирает своей смертью.
— Раиса, вы меня извините, но мне кажется, вы просто под ту давнюю историю пытаетесь подтасовать другие факты. Все это очень интересно и загадочно, у вас, смотрю, весьма бурная фантазия. Не пробовали на старости лет писать детективы? Начните, думаю, у вас неплохо получится. Этакие мистические детективы, сейчас такой жанр в моде, — не удержалась я от подкола.
— Она еще и смеется! Я ей такие вещи рассказываю…
— Ладно-ладно! — я выставила вперед руку в знак примирения. — Раиса, давайте рассуждать здраво. Если следовать вашей логике, то Смерть, как вы выразились, забирает всех к себе. Странно, что она этого раньше не сделала, но это ладно… И кто там у нас остался из того списка выживших? Вы?
Женщина замерла, как каменное изваяние, сверля меня своими карими глазами. Так обычно удав смотрит на кролика, прежде чем его проглотить. Однако на меня подобные взгляды уже давно не действуют, поэтому я с легкой улыбкой на губах молча сидела и ждала, что же мне поведает далее эта необычная женщина.
— Остались я и Пашка, — ответила она через полминуты молчания.
— И вы не боитесь?
— А чего мне бояться?! Я ничего плохого никому не делала. Мои верные Таро меня предупредили, что опасаться мне нечего. Меня пока Смерть обходит стороной. Да и умею я защиты ставить, плюс один сильный оберег с собой ношу, заговоренный и омытый святой водой.
«Это, конечно, аргумент», — мысленно подумала я, а вслух спросила:
— А кто такой Пашка?
— Да если бы я сама знала! Я его сто лет не видела. Был с нами тогда этот парнишка, но тоже после школы пропал куда-то, и ничего не слышала про него. Сейчас даже если встречу его на улице, то не узнаю.
— И фамилию вы его не помните? — на всякий случай спросила я.
— Нет, конечно! Я ж говорю, почти ничьи фамилии не помню. Сколько лет-то прошло.
— Раиса, а вы знаете что-нибудь про вашу местную легенду? Про проклятый лес, про призрак монахини и какого-то колдуна?
— Ах это… — она махнула рукой. — Вот это точно сказки! Для глупых и маленьких, чтобы в лес не ходили, где можно в болотах увязнуть.
— Поняла вас, Раиса… Спасибо, что уделили мне время и рассказали такую интересную историю. Мне будет теперь над чем подумать. Но все же… я вас тоже должна предупредить. Как ведьма ведьму, — я усмехнулась. — Если вдруг вы обнаружите у себя какой-то подклад или записку со всякими заклинаниями и тому подобное, сразу сообщайте об этом мне.
— Ох, милочка, ты думаешь, меня этим можно запугать?! Я знаю, как с этим работать и как все это зло вернуть тому, кто его попытается навести на меня…
— Кстати… — я достала свой телефон и зашла в медиафайлы. — Посмотрите, что это означает? Вы же разбираетесь в этом.
