Пропасть за спиной, отгороженная от меня стеклом толщиной едва ли превышающую размеры моего запястья, рождало в груди ужас. Но ужас был похож на красный перец, что придавал остроту и пикантность моменту.
Я была настолько заворожена синевой глаз шефа, что была не в силах оторваться от них. Чувства бурлили и казалось, что они вот-вот меня разорвут. Ян склоняется чуть ниже. Его губы оказываются в паре сантиметров от моих, и мы оба понимали, что нас разделяет одно мгновение до безумия, что витало в воздухе, потрескивая от напряжения.
Но до исполнения мига, до прикосновения наших губ раздалась новая трель чужого мобильника. Не отрывая от меня взгляда Ян ответил на звонок, и в трубке мгновенно раздался бодрый голос.
– Кажется, я нашел. Ведьму твою зовут Веерова Алиса Михайловна, двадцать лет отроду. Диагноз соответствующий, лечащий врач по найму за хорошие деньги, поэтому нигде лечение не зафиксировано, – мужской голос на том конце хохотнул, а глаза, смотрящие в мою душу, перестали искрить яростью. – Я её ещё не видел, но характер похож на нашу знакомицу. Пакостная, говорят, очень.
Ян Кириллович отстранился, прошел к своему рабочему месту, позабыв о моём присутствии и стал рыться на столе в поисках каких-то бумаг.
– Когда я могу с ней встретится? Нет. Нет, чем быстрее это произойдёт, тем лучше. Почему ты меня спрашиваешь? Я понятия не имею. В общем, я через полчаса подъеду, поедем к ней.
Я быстро поправляла одежду, стараясь держать себя в руках. Поправила причёску и довольно быстро зашагала к выходу.
– Лина!
Не обернулась. Вышла из кабинета, схватила сумку из ящика и бросилась прочь. Прочь, прочь, прочь! Никогда больше сюда не вернусь, и даже думать не буду о том, что известно обо мне этому гаду.
Каблуки простучали весь путь по холлу, отбивая страшный ритм. Кира махнула рукой, но увидев выражение на моём лице сникла, глянув в сторону кабинета, где обсуждал встречу с очередной психопаткой её босс.
Прочь отсюда.
Нутро лифта услужливо распахнуло свои объятия, позволяя отгородится от офисного персонала. С удобством доехала вниз и, минуя сонного охранника в практически пустом холле, вырвалась наружу, чтобы позволить звукам шумного города накрыть себя и заполнить мечущиеся в больном мозгу мысли.
Мерный стук каблуков по брусчатке, а перед глазами твёрдая линия губ и искристая синева. Интересно, зачем он начал копаться в моём грязном белье? Хотя, какая теперь разница. Мне в скором времени нужно ожидать гостей из полиции. Это, пожалуй, единственное, что на самом деле должно заботить.
Усмехнулась.
Я даже не знаю, какое наказание мне могут вменить за соучастие в подделке рецепта. А вот Сёме влетит по полной, если всё вскроется.
На остановке уже было не протолкнуться, и я рисковала простоять тут ближайший час-полтора, но к счастью транспорт прибывал довольно часто. Интересно, а дорогу уже отремонтировали? Не хотелось бы тащиться через два квартала с другой остановки, хотя может оно даже к лучшему? Всё же активность, а не тупое прозябание в беспокойстве.
Напротив остановки довольно резко затормозила красивая черная машина. Стекло на задней двери опустилось и меня обожгло синим взглядом, полным какой-то ненормальной злости. Подавив порыв отшатнуться, я сдержала и желание удрать.
– Садитесь в машину, Лина. Нам нужно поговорить, – голос его слегка подрагивал, будто в нетерпении.
Мне сразу же стало ясно, что он на самом деле не испытывает никакого желания разговаривать в данный момент времени. У него есть более важные дела, которыми он хочет заняться прямо сейчас.
Вспомнила его последний разговор по телефону, посмотрела в синие глаза и кивнула. Себе. Боковым зрением была замечена уже знакомая треклятая маршрутка, которая всегда появляется очень вовремя, несмотря на моё сильное нежелание в ней трястись.
Не проронив не слова пошла к общественному транспорту, игнорируя недовольный голос бывшего босса. Пусть катится к своей ведьме. Кажется, так назвал девушку его собеседник?
– Лина!
Дверь маршрутки послушно закрылась, и мы отправились набивать новые синяки на моей пятой точке. Сорок. Грёбаных. Минут. Туда, где послушно ждали розовые тапочки, купленные по совету личного психолога. Туда, где одиночество становится более ощутимым. Туда, где в такие дни страшно засыпать.
Обжигающая чернота покрывает тело тонкими жгутами, что стремительно сжимаются под липким покровом тьмы. Они будто проникают в поры, будто пронизывают каждую клетку, удерживая в одном положении.
Боль.
Она оплетает не только разум, но и душу. Заставляет выгибаться на влажных от пота простынях и задыхаться в беззвучном крике под натиском жуткого сна. Сна, в котором нет места ярким краскам. Сна, в котором череда событий повторяется, как кадры в киноленте.
День за днём…
