Дариус зарычал, как будто ему это не понравилось, и его рот опустился на мою шею, его щетина задела мою кожу, и я застонала, когда они вдвоем заключили меня в клетку своих мускулистых тел.
Рука скользнула к моей верхней пуговице, и мое сердце заколотилось от адреналина, когда я поняла, что не могу определить, чья это рука. Другая же рука добралась до нижней пуговицы и начала расстегивать мой топ, встречаясь с первой.
Язык Калеба скользнул по моему, и его хватка на моем лице усилилась, когда он обошел меня, поворачивая мою голову и пытаясь сохранить наш поцелуй, когда встал у меня за спиной, целуя через плечо.
Его тело прижалось к моему, и я отодвинула свою задницу назад, чувствуя, как твердая длина его возбуждения проникает в меня через барьер нашей одежды. Мои руки все еще были прижаты к основанию позвоночника, но я согнула пальцы, потирая их по всей длине его тела, и сорвала стон с его губ, когда он прервал наш поцелуй.
Я повернула голову вперед как раз в тот момент, когда была расстегнута последняя пуговица моего топа, и прохладный воздух комнаты омыл мою обнаженную кожу.
— Ты так чертовски красива, Рокси, — прорычал Дариус откуда-то из недосягаемости передо мной, наблюдая, пока я не могла его видеть.
Мурашки покрыли мою кожу, когда руки Калеба скользнули вокруг моей талии, его рот опустился на мою шею.
Его клыки коснулись моей кожи, и у меня вырвался вздох, моя спина выгнулась в ожидании того, я знала, что он собирался сделать.
Он укусил меня, и я вскрикнула от остроты его зубов, но губы Дариуса прикоснулись к моим секунду спустя, наполняя меня жаром и поглощая мою боль. Я таяла в его объятиях, мое сердце бешено колотилось, когда его тепло пронизывало каждый дюйм моего тела.
Его руки скользнули вверх по моим ребрам, пока не нашли грудь в розовом лифчике, и стон желания вырвался у него, когда мои соски затвердели от его прикосновения.
Земля не дрожала, не было слышно раскатов грома, ничто не указывало на то, что звезды знали, что мы делаем, и мысль об этом сама по себе вызывала трепет.
У меня внутри все сжалось, когда поцелуй Дариуса стал глубже, и я отдалась ему, зная, что не должна, но решение уже принято. С его руками на моем теле и его ртом на моем, было трудно вспомнить почему. Все в нем казалось таким правильным, когда он прикасался ко мне, его сердце билось рядом с моим…
Эхо боли пронеслось в моей груди при мысли о том, кем он мог быть для меня. Каким он должен был быть. Если бы все было по-другому.
Я поцеловала его с отчаянной потребностью заглушить эту боль. Я чувствовала вкус того же желания на его языке, ту боль, которая заставляла его сделать больше, чем просто украденный момент, отменить все то, что привело нас сюда, и заставить звезды изменить наши судьбы.
Калеб убрал свои клыки с моей шеи и провел большим пальцем по воспаленной коже, залечивая рану, но я почти не чувствовала ее, потерявшись в ощущении рта Дариуса на моем.
Одна из рук Дариуса скользнула в мои волосы, и моя душа болела за него, мое сердце жаждало принадлежать ему так, как это было невозможно. Я отстранилась от боли его близости, прижимаясь задницей к Калебу, когда прервала поцелуй с ним.
Дариус издал низкое рычание, позволяя своей боли проявиться, когда понял, что я сделала, но я должна была так сделать. Я могла бы получить от него это удовольствие, но должна держать свое сердце закрытым. Я сделала свой выбор. Я не могу простить того, что он сделал со мной, и теперь мои зрачки окольцованы черным, в доказательство этого.
Я снова провела пальцами по члену Калеба, откидывая голову назад, чтобы дать ему больше доступа ко мне, когда Дариус начал прокладывать дорожку поцелуев вниз по моему горлу, по ключице и к груди.
Он оттянул мой лифчик в сторону, когда его рот сомкнулся на моем соске, и у меня вырвался стон, когда рука Калеба одновременно нашла мою другую грудь.
Они вдвоем дергали и дразнили меня, мое дыхание становилось все тяжелее, когда сочетание этих двух ощущений сводило мое тело с ума.
Дариус отпустил мой сосок и переместился ниже передо мной, звук его коленей, ударяющихся о каменный пол, достиг моих ушей, когда его рот двинулся по моему животу.
У меня перехватило дыхание, когда он запустил пальцы под пояс моей юбки. Он стягивал ее вниз мучительно медленно, его грубые ладони дразнили мои бедра, опуская её ниже.
Юбка опустилась до щиколоток, и я вышла из нее, оставшись перед ними в чулках, туфлях на шпильке, нижнем белье и расстегнутом топе. Я знала, что их одежда все еще на них, хотя с завязанными глазами и связанными руками это не имеет большого значения, но мое сердце забилось немного быстрее от осознания того, что я обнажена, а они нет.
Я переместила свои связанные руки выше за спину, неловко просунув пальцы в петлю на поясе Калеба и вызвав у него мрачный смех, когда он отодвинулся от меня, прежде чем я смогла сделать что-то еще.
— Нетерпеливая маленькая штучка, не так ли? — поддразнил Калеб, дыша мне на ухо, прежде чем игриво прикусить мочку.
