— Я приму решение о твоем месте в Зодиаке после того, как состоится суд.
Я кивнула, страх глубоко засел в моей груди. Потеря Ориона была худшей вещью в мире, но потерять свое место здесь тоже. Мой дом. Это немыслимо.
— Что будет с Лэнсом? — прошептала я, мои руки сжались в кулаки, когда тени выползли из темной ямы внутри меня и предложили похоронить боль. Но я бы им этого не позволила. Даже сейчас, когда боль внутри меня заставляет хотеть утонуть в их успокаивающих объятиях. Мне нужна была ее острота, чтобы вести войну. Я собираюсь вцепиться в каждую ядовитую каплю и направить ее на парня, который все это устроил. На Оборотня, который решил уничтожить меня в тот момент, когда я прибыла в академию. И он, видимо, обрёл способ сделать это.
Нова одарила меня холодным взглядом, который пробрал меня до глубины души.
— Ему больше не рады в моей школе. И ему повезет, если он не попадет в тюрьму.
— Тюрьму? — эхом отозвалась я, ужас скрутил мои вены. — Я знаю, что он нарушил закон, но он не плохой человек…
— Суд Солярии точно решит, что он за человек, мисс Вега, — сказала Нова, оттопырив верхнюю губу. — Лэнс Орион был хорошим коллегой, потрясающим учителем, но он предпочел пренебречь своей престижной работой в пользу того, чтобы трахнуть студентку. У меня нет никакой жалости к этому.
Эти резкие слова, вырвавшиеся из ее уст, заставили меня замолчать. Затем она указала на дверь, выглядя горько разочарованной во мне, когда перевела взгляд на стену.
Я поднялась со своего места, дрожа всем телом, когда открыла дверь и вышла в коридор. Руки Тори обняли меня, а я развалилась на части. Каждая частичка силы внутри меня растворилась в ничто, и я провалился в самую глубокую яму отчаяния, которую когда-либо знала.
Тори
Я пролежала, свернувшись калачиком, в постели с Дарси всю ночь, пока она плакала и бушевала, но в конце концов замолчала. Она не спала. Ни одна из нас не смогла, но хотя бы мы были вместе. И я не уверена, что могу предложить ей прямо сейчас.
В комнате вокруг нас медленно светлело, но я просто оставалась с ней в объятиях, пока она, наконец, не пошевелилась.
— Дариус разберется, — пробормотала я в тысячный раз. — Орион — его Хранитель. Даже Лайонел поможет, я уверена.
— Даже если у них получится, как я буду с ним? — спросила Дарси ровным голосом, который звучал так непохоже на нее, что я отодвинулась посмотреть на нее.
Ее зеленые глаза были тусклыми и безжизненными, а также опухшими и налитыми кровью от ночи, проведенной в слезах, но сжатый подбородок был упрям и сердит. Вчера она пропустила все уроки, и я осталась с ней, зная, что она не в состоянии сейчас смотреть миру в лицо.
— Ты найдешь способ, — пообещала я. — Мы найдём место, где вы будете встречаться наедине, или, может быть, Дариус сможет дать тебе звездную пыль, или…
— Нам никогда не дадут быть вместе, — сказала Дарси, ее взгляд потемнел, когда она выпрямилась, и я потянулась за ней, садясь рядом, положив подушку себе на колени. — Весь мир против нас, даже закон.
— Я знаю, — ответила я, протягивая руку, чтобы взять ее за руку. — Но вы любите друг друга. Должен же быть способ бороться.
Дарси долго смотрела на меня, ее челюсть сжалась, а в глазах промелькнули тени.
— Что ты можешь знать о борьбе за что-то подобное? — огрызнулась она на меня, и я вздрогнула от язвительности в ее тоне.
— Я не понимаю…
— Звезды выбрали для тебя идеальную пару, и все, что вы когда-либо делали, это дрались, подстрекали и отталкивали друг друга.
— Дело не во мне и Дариусе, — выдохнула я, мое сердце бешено колотилось в груди. Дарси никогда так со мной не выходила из себя, но я не собиралась огрызаться в ответ. Если ей нужно, чтобы я стала грушей для битья за ту боль, которую она испытывала, то я буду ею.
— Нет. Дело в том, что мы с Лэнсом всегда боролись за то, чтобы быть вместе. Нам всегда приходилось. Судьба всегда была против нас, но мы знали, что стоит рискнуть. Мы владели своими чувствами и действовали в соответствии с ними. А когда вы с Дариусом поступали также? — огрызнулась она.
— Это не одно и то же, — сказала я, защищаясь. — Лэнс никогда не причинял тебе боль так, как Дариус причинял мне. Он превратил мою жизнь в ад, мучил меня и нападал на меня раз за разом. Он пытался утопить меня…
— Я знаю, — выдавила она, эмоции в ее взгляде были ясны. — Но это не значит, что ты полностью невиновна во всем, что произошло между вами, не так ли? Ты тоже подстрекала и дразнила его. Кроме того, ты отомстила, спалив его комнату и заставив напасть на Милтона, ты сопротивлялась всему дерьму, через которое он заставил тебя пройти. Но и переспала с ним, поманила его, а затем оттолкнула…
— Потому что я не могла просто простить все то дерьмо, — прорычала я, мое собственное самообладание пошатнулось, когда она набросилась на меня. — Он никогда не извинялся передо мной, никогда не давал мне никаких реальных признаков того, что он вообще заботился…
