Не как-нибудь запутанно, что-то вроде «бабочки-в-Африке-принесли-ураган-в-штат Мэн». Мой младший брат стал бы таким же, как Бейли. У него была нежная улыбка и блокнот, заполненный рисунками, хорошими песнями. Ник и Сет подобрали для них плохую музыку. Он снимал замедленные фильмы, много читал и не планировал связывать свою жизнь с морем. Он смог бы, он бы это сделал.
Вот только в ту ночь я прислонилась к его двери. Ждала, когда он вытащит наушники и спросит меня:
— Чего, Уиллард?
И вместо того, чтобы сказать: «Давай поищем мистера Грея» или «Ничего, я просто хотела сказать, что съела твой кусок торта», я бросила ему ключи от «Дженн-а-Ло». Он поймал их с первого броска.
Грей
Она снова думает обо мне.
Я перекладываю циркуль в левую руку и смотрю на музыкальную шкатулку на столе.
Катушки затянуты, часовые механизмы закреплены. Посторонних звуков нет, когда я подношу ее к уху.
Поворачивая медный ключ, я придерживаю его — повелитель времени, Бог фигур, дрожащих на крышке ящика. Они будут танцевать только по моему желанию. Либо висеть вечно в ожидании, это тоже зависит от меня.
Но я отпускаю ключ, и он медленно раскручивается. «Регтайм кленового листа» — это больше, чем вальс. Фигуры кружат друг вокруг друга, их медная кожа блестит с каждым механическим поворотом. Поставив ее на подоконник, наблюдаю, как любовники покачиваются на фоне линии горизонта.
Сегодня закат красный и яркий — радость морякам.
И у меня тоже, потому что она думает обо мне. Вероятно, также, как и когда-то я, она осознала, что на этой скале кто-то живет. Завтра я буду стоять на утесе и ждать. Я стану бледной звездой, мерцающей на горизонте. Такой неземной и соблазнительной.
Если в мире есть справедливость, хоть какое-то равновесие между небом и землей, она заметит меня. Разве не в этом смысл проклятья? У меня нет ни малейшего шанса собрать тысячу душ.
Ни у Сюзанны, ни у каких-либо других мистеров Греев, некогда стоявших на этом острове. Единственное спасение — через другого человека. Волевой, хотя и глупый выбор — она сама должна сказать «Да». Самостоятельно выбрать этот рок.
Я верю, что она придет. Я мог бы пожелать, чтобы она появилась за завтраком точно также, как книги, игрушки и другие вещи. Но правила проклятия ясны — все, что я захочу, будет моим.
Только благодаря случайности и небольшому сдвигу тумана, я могу получить то, что мне нужно.
Завтра я буду сдерживать туман и устраиваться поудобнее. Ветер будет трепать мои волосы, пока я стою и жду. Если и есть хоть какая-то справедливость, я встречусь с ней глазами и очарую ее. Она уже думает обо мне. Сейчас мне нужно чтобы она пришла.
Глава 4
Уилла
— Я бы выбрала уроки латинского в следующем году, — сказала Бейли. — Но уже взяла курс сварочного дела в Харрингтоне.
