Оглядев толпу жавшихся друг к другу детей, все же плюнул и бросил добычу на пол - пусть обуваются.
- Трупы уберите, не приведи Господь, начнут искать.
Кто-то из многоликой серолицей толпы закивал, следя за мной взглядом. Я для этих сирот точно такой же - тоже несу смерть и боль. И не важно, что сегодня на их стороне, никто и медяка не поставит, что не вернусь следующей ночью, чтобы вот так же сажать их на цепь.
Передернув плечами - от холода, разумеется, двинулся обратно. Теперь, когда нет нужды таиться, путь продлился всего минуту. И вот - я у каморки, где освободил ту троицу. Интересно, значит, один ошейник принадлежал сторожу. Учтем на будущее - либо он был главным, либо кто-то решил сделать грязную работу за него.
- Алекс!
Я резко обернулся, тут же выдергивая кинжал. Старик в комнате напротив смотрел прямо на меня. Больше он не походил на жертву болезни - обрывки грязной ткани обратились чистейшими белыми одеяниями, на по-старчески сухих ногах сандалии. Такие носили лишь на юге - Проклятые Земли чересчур холодны даже летом для подобной обуви.
- Кто ты такой? - прошептал я, быстро оглядываясь вокруг.
- Я вижу, как ты сидишь за столом, Алекс. Вижу, как женщина колет тебя иглой, и ты падаешь. Вижу, как трое мужчин кладут тебя в светящийся гроб, Алекс. Ты должен проснуться. Слышишь меня? Проснись, Алекс! Срочно проснись!
Он замерцал белым пламенем и, вспыхнув, исчез, распавшись белыми искрами. Я похлопал глазами, приходя в себя. Нет, конечно, я слышал, что пророки с горящими кустами говорили, но никак не припомню, чтобы речь была о пылающих старцах.
Проснуться? Что это значит? И почему мне кажется, что это - действительно важно?
Нужно вернуться в «Хорохорицу», там остались Дневник и Писание. Быть может, книги мне что-то прояснят?
- Шайтаново отродье! - Асхан сплюнул на дорогой ковер, держа амулет пленителя перед глазами. - И сюда добрались, чертово племя!
- Ты их знаешь, - кивнул я, опускаясь на складной стульчик.
Мы снова сидели в каморке за прилавком. Старый Асхан, даже на ночь не сворачивающий торговлю, устало опустился рядом и плеснул вина из кувшина в две глиняных кружки.
- У нас их называют Псами, - вяло махнул он рукой, поднимая кувшин. - Люди всякое говорят, но все сходится к одному - наемники, служат древнему культу. Жертвоприношения, пытки и насилие, опыты на трупах, наркотики - назови любую мерзость, Псы будут с ней связаны. Нет предела их бесчеловечности, - он глотнул прямо из кувшина, позабыв про разлитый напиток. - Не думал, что снова увижу их.
- Снова? - хмыкнул я, поднимая кружку.
Асхан кивнул.
- Когда я еще был счастливым мальцом, они приходили к нам. Искали беглецов с каторжных выработок. К слову сказать, тогда в деревне действительно скрывался один - приютила его сердобольная вдова.
- И что было дальше?
Торговец тяжело вздохнул, оглаживая бороду. Взгляд Асхана затуманился, поплыл.
- Тогда я впервые узнал, как пахнет жареная человечина, Алекс. Кто-то выдал вдову. Их спалили вместе с домом.
- И что же жители? Позволили?
- А кто что мог им сказать? - пожал плечами Асхан. - Когда двадцать пять вооруженных до зубов воинов обнажают оружие, у трех несчастных стражников, привыкших отгонять стаи диких койотов, опускаются руки. Да и умирать из-за чужака? - он махнул рукой. - В общем, дурное дело, дурное, Алекс.
Я хлебнул из кружки, наслаждаясь сладким вкусом. Для себя Асхан держал лучшее. Приятно, что после всего хоть у кого-то в этом городе нашлось ко мне нечто иное, кроме презрения.
- Но ведь здесь Церковь.
- А что Церковь? - всплеснул руками торговец. - Думаешь, им есть дело до отряда наемников, расквартированных в Хелмгарде? Если им платят из аристократского кармана - кого волнует пропажа пары детишек?
Я пожал плечами.
- Если мне не изменяет память - должно волновать. Церковь должна следить за моралью народа. Сдерживать, а не подкармливать в человеке зверя.
Асхан хмыкнул.
- Ты, друг мой, наивен и глуп. Кто пойдет против аристократов, если кормиться с их руки? - чуть понизив голос, проговорил он. - Думаешь, святоши не ведают, что под носом творится? Они за всем следят, все знают. Только наивный северянин, вроде тебя, решит, что они не могут остановить Псов.
Я ухмыльнулся, отставив кружку.
- Так и что ты предлагаешь? Думаю, какими бы извращенными не были Псы, голова у них работает, раз смогли найти приют в стенах богачей. А дальше связать пропажу своих бойцов и тебя - дело пары минут.
Асхан задумчиво кивнул.
- Вот что, - торговец поднялся со стула. - Заходи через пару дней, Алекс. Я наведу справки, поговорю с людьми...
- И что? Они придут за тобой, Асхан.
Бородач покивал, рассматривая кувшин на столе.
- Дети, Алекс. Они воруют детей. Ты понимаешь? Я не против, когда в рабство уводят молодых женщин - сильный должен плодиться, это верно. Я не против, когда убивают мужчин - это наш долг, умирать с оружием в руках. Но дети...
