Новый уровень силы? Усиление способностей? Или проклятье преподнесёт какой-нибудь очередной, неприятный сюрприз? Нужно это проверить! И чем скорее тем лучше.
— Берегите себя, Аркадий. Это лучшая благодарность, — сказал я. — И помните — никаких голубей!
Я вышел из палаты и направился к палате коматозного пациента. Девяносто два процентов. Так близко к цели я ещё не был…
— Доктор Пирогов!
Молоденькая медсестра чуть не сбила меня с ног, вылетев из-за угла. Её лицо было бледным от страха.
— Срочно! Восьмая палата! Пациент задыхается! — указала она.
Я рванул по коридору, на ходу прокручивая в голове возможные диагнозы. Анафилактический шок? Отёк Квинке? Тромбоэмболия?
В палате, на кровати, сидел мужчина лет сорока, отчаянно хватаясь за горло. Его лицо уже приобрело синюшный оттенок, а глаза были выпучены от ужаса и нехватки воздуха.
Быстрое сканирование некро-зрением — инородное тело, плотно застрявшее в гортани.
— Подавился, — бросил я медсестре. — Держите его! Не давайте упасть!
Я встал сзади, обхватил его руками под рёбрами. Резкий, мощный толчок вверх — классический приём Геймлиха.
Ещё раз.
И ещё. На третий раз из его горла, как пробка из бутылки шампанского, вылетел большой кусок яблока.
Мужчина судорожно, с хрипом, вдохнул.
Закашлялся.
— Дышите глубоко, — я проверил его пульс, который уже начал приходить в норму. — Всё позади.
— Спасибо… — прохрипел он, всё ещё кашляя. — Я думал… конец…
И тут меня накрыло. Последний, решающий поток благодарности. Десять процентов. Я почувствовал, как Сосуд… переполняется.
Сто процентов.
И тут началось.
Это было не тепло.
Это был жар.
Меня словно начало распирать изнутри, как воздушный шар, в который накачивают слишком много воздуха.
Жива, до этого бывшая послушной, управляемой энергией, превратилась в бурлящий, кипящий котёл, который искал выход, давя на все мои энергетические каналы сразу.
Кожа покалывала, в ушах звенело, я чувствовал, как мои собственные клетки вибрируют на грани разрыва.
Вот чёрт! Переполнение!
Нужно было срочно сбросить излишек энергии, иначе… Иначе что? Я взорвусь, как перегретый магический реактор?
Моя некромантская сила вырвется наружу, превратив всю клинику в филиал кладбища? Проклятье сработает в обратную сторону и убьёт меня?
В прошлой жизни я знал ритуал аварийного сброса. Простой, но эффективный. Но для него нужен был «громоотвод».
Труп. Или, в идеале, целое кладбище. Где, чёрт возьми, я возьму труп посреди терапевтического отделения?
Хотя постойте…
Я не просто знал, где взять труп. Я знал, где есть целый склад трупов.
— Простите, мне срочно нужно отойти! — бросил я ошарашенной медсестре и выскочил из палаты, оставляя за спиной спасённого, но совершенно ненужного мне сейчас пациента.
Я со всех ног понёсся к лестнице, ведущей в подвал. К моему родному моргу.
Меня распирало так, что казалось — ещё секунда, и я лопну, как перезрелый арбуз, забрызгав стены этой проклятой клиники чистой жизненной силой.
Не успею…
Подсобка в конце коридора. Заперто, тихо. Идеально.
Я захлопнул дверь и прислонился к ней, тяжело дыша. Проклятье словно издевалось, нагнетая внутреннее давление до самого предела.
Думаешь, загнал меня в угол? Думаешь, я сломаюсь? Я — Архилич Тёмных Земель! Я пережил войны богов и предательства союзников! И я не сдамся какому-то жалкому проклятью!
Нюхль материализовался рядом, встревоженно цокая челюстями.
— Сторожи, — коротко приказал я. — Никого не пускать. Ни под каким предлогом.
Я достал из кармана кусочек мела и быстро, без всяких изысков, начертил на пыльном бетонном полу простой круг силы. Времени на каллиграфию не было.
Сел в центр круга, скрестив ноги, и закрыл глаза. Нужно было создать внутренний портал. Не наружу — это привлекло бы внимание всех магов в радиусе километра. А внутрь себя. Чтобы не сбросить, а трансформировать избыток энергии.
Жива бурлила, сопротивлялась, как дикий зверь. Она — энергия жизни, и она не хотела становиться своей противоположностью. Но я заставил её. Чистой, концентрированной волей. Я направил этот кипящий поток в самый центр моей сущности, где всё ещё теплилась моя родная, холодная некромантская искра.
Портал открылся. Крошечный, размером с игольное ушко. Но его хватило.
Жива хлынула внутрь, и в тот же миг я почувствовал, как она встречается с некромантской энергией. Началась трансформация.
Это была агония. Боль, выворачивающая душу наизнанку. Свет становился тьмой, тепло — абсолютным холодом, жизнь — концентрированной, чистой энергией смерти.
И тут, в этом аду трансформации, я почувствовал ЕГО. По ту сторону портала. Древнее, могущественное, абсолютно знакомое сознание. Мой старый союзник. Мой верный страж. Тот, кто служил мне веками.
Я протянул к нему ментальную руку. Коснулся. Позвал.
Портал дрогнул. Расширился. И через него, в мою маленькую, пыльную каморку, шагнул он.
И тут же стало тихо. Почти как морге. Сосуд пришел слегка опустел, приводя и меня в нормальное состояние.
Я осмотрел снизу доверху того, кто явился в этот мир, и, подняв бровь, задумчиво произнёс в тишину подсобки:
