Последними заходим Спрут, я и Лось. У Спрута в каждой руке по глоку. Он идёт к лестнице на второй этаж стреляя по людям, которые на ней появляются. Моя задача прикрывать его. Я тоже стреляю. Лось находит и добивает раненных противников.
Спрут начинает подниматься, я приседаю у стены напротив лестницы и держу под прицелом проём. Он скрывается на втором этаже, и я быстро поднимаюсь следом.
На втором этаже сразу из двух дверей в коридор вываливаются люди с оружием, и я вижу то, о чём говорил Барсук – Спрут стреляет с обеих рук практически не глядя. Я тоже стреляю. Все, кто выходит в коридор падают.
– Добивай, – говорит Спрут, перезаряжает свои глоки и заходит в одну из комнат.
Я переворачиваю трупы и полутрупы, стреляю каждому в лицо.
Слышу четыре хлопка из комнаты, в которую вошёл Спрут. Быстро захожу. Но он говорит:
– Здесь всё чисто. – На полу в лужах крови валяются двое мужчин.
Спрут кивает мне на дверь второй комнаты, а сам скрывается в третей. Я опять слышу хлопки. Захожу в свою комнату, там пусто.
К нам поднимаются Стик и Тролль. Спрут показывает им на не проверенные комнаты. Мы методично обходим весь этаж. Я нахожу в душевой кабине трясущегося от страха мужика. Приставляю пистолет к его виску и стреляю. Мужик несколько раз дёргается и затихает. Делаю контрольный выстрел в глаз.
Мы вчетвером – Стик, Тролль, Спрут и я, собираемся в коридоре второго этажа. Спрут быстро оглядывает нас на предмет ранений и начинает считать убитых.
– Внизу чисто. Ларс ранен. Противник минус пятнадцать, – говорит в моём ухе голос.
– Спрут, что у вас там? – спрашивает в передатчик Чечен.
– На втором этаже чисто. Потерь нет. Противник минус девять, – отвечает Спрут.
– Спускайтесь. Уходим.
Спрут проходит к лестнице и спускается первым. Я иду за ним. Он быстро пересекает холл и, ни на кого не глядя, выходит из дома.
Мы все тем же маршрутом отправляемся в микроавтобус.
Отъезжаем. Ларс ранен в руку. Лось вскрывает санпакет и перевязывает его. Колет ему что-то, скорее всего обезболивающее.
Мы едем молча. Я сижу, откинув голову на спинку кресла и прикрыв глаза. Меня не мучает совесть, я просто немного устал. Я привык убивать не задавая вопросов. Я не знаю кто эти люди, чем они неугодны моей родине и за что их надо было убить. И я не хочу этого знать. Я просто солдат. Я исполняю приказы. Мне так проще.
Мы возвращаемся на базу в районе одиннадцати часов вечера. Сдаём оружие и расходимся по своим этажам. Я беру полотенце и иду в душ.
Возвращаюсь в свою комнату в спортивных штанах и футболке. Снимаю с кровати покрывало и ложусь поверх одеяла, пялюсь в потолок.
Дверь открывается и заходит Спрут. Именно Спрут, а не Дима. Его лицо такое же холодное и отстранённое, как и во время операции. На нём форма, но волосы влажные – он тоже успел принять душ.
– Выпить хочешь? – спрашивает он.
Берёт со стола мою карточку и блокирует дверь. Я сажусь на кровати и говорю:
– Хочу.
Спрут расстёгивает верхние пуговицы рубашки, достаёт из-за пазухи бутылку шампанского и ставит на стол. Оригинально. Я бы, конечно, чего покрепче выпил. Но ладно, сойдёт.
– На базе есть алкоголь? – спрашиваю я.
– Есть. Но не про нашу честь.
– Тогда откуда у тебя?
– Ты задаёшь слишком много вопросов.
Спрут берёт стул и садится на него верхом, напротив меня. Говорит холодно:
– С первой операцией тебя.
– Угу.
– И с первой глупостью.
– Ты о чём?
– Я про твою драку с Троллем.
– При чём здесь глупость? Это просто спарринг. Здесь так не принято?
– Принято. Но ты зря дрался именно с ним. Да ещё и душил его. Особенно на глазах у Стика. Он порвёт тебя за него.
– Что?
– Что слышал. У них отношения.
– Не может быть. Откуда ты знаешь?
– Знаю. Тролль здесь появился четыре года назад. Ещё через год появился Стик. У них так искрило, что не заметил бы только слепой. В общем, я не слепой, поэтому заметил.
– Они же срутся всё время.
– И что? Им это не мешает.
– Бред какой-то. У нас что, гей-отряд специального назначения.
– Да, блядь. Голубой спецназ. – Спрут хмурится. – В общем, не трогай их. Стик ревнивый и безбашенный. Ты, поди, ещё и пялился на Тролля?
– Да на хрен он мне сдался! Он вообще не в моём вкусе.
– Да? А кто в твоём вкусе?
– Голубоглазые блондины.
– А ты разборчивый. Ладно. Я всё сказал, что хотел.
Спрут поднимается, смотрит на меня и начинает улыбаться. Его взгляд становится тёплым и открытым. Он превращается в Диму. Подходит к столу и открывает бутылку шампанского. Никаких стаканов у меня нет.
Спрут говорит:
– Давай, действительно, выпьем за твою первую операцию на этой грёбаной базе. – Он протягивает мне бутылку. – Правда, Чечен пристроил тебя мне в хвост, и тебе практически не пришлось ничего делать. Но он хотел посмотреть на тебя в работе.
Беру у него бутылку.
– Ну и как я в работе?
– Нормально. Как все. – Спрут пожимает плечами.
