- Прости. – Он никогда не просил ни у кого прощения. Король вообще мало заботился о чьих-то отдельных душах. Только, в целом, о народе, но члены семьи удостаивались его мудрости, его заботы и любви.
Кэтрин и Бастиан были для него всем, и он не понимал, как смог отвернуться от этого и разрушить отношения со своей женщиной. Со своей Королевой.
- Я знаю, ты простишь меня, Кэтрин. – Он говорил спокойно, как и всегда. Не в его характере было падать на колени и умолять о прощении. – Она… Ведьма. Я был словно под действием заклятия.
От части, Джордан не врал. В молодости он любил разных женщин – надолго в его постели они не задерживались, но так было до того, как Король встретил Кэтрин. С тех пор он не изменял жене до того, как не познакомился с одной из ее компаньонок - Анной - и не потерял голову.
Было в этой Анне что-то мистическое, загадочное, словно от Дьявола: синие обещающие удовольствие глаза за трепетом черных ресниц, пленительный взгляд, точенная фигура и медленный тихий голос, завораживающий своей сексуальностью.
Только недавно Джонатан узнал, что Анна увлекалась всякой чепухой – читала книги по древней магии, ходила в лес, проливая свою кровь во имя очередного дурацкого ритуала… Мысли, что она его приворожила, не покидали его, особенно после той ночи, когда они прощались.
Тогда он сказал, что оставит ребенка – мальчика, которого он назвал Брэндан (принц), а в ответ она опустилась перед ним на колени и заплакала.
Она умоляла не забирать ребенка, но как только он увидел своего сына, понял, что не сможет с ним расстаться.
- Прошу, мой Король… Я не хочу изгнания… Только позвольте мне быть рядом с сыном… Я прошу тебя, Джон… - Она валялась у него в ногах, рыдая от боли, которую поймет только мать, которую навсегда разделяют со своим дитя.
- Анна, ты отправишься за океан. Ты должна благодарить меня. Я дам тебе все, ты ни в чем не будешь нуждаться. Я приму сына, как родного.
- Кэтрин никогда не назовет его родным! Он будет Бастардом! Все будут его ненавидеть, он будет тенью твоего настоящего сынка – Бастиана… - гневно прошипела она, захлебываясь слезами. Ее неземной красоты лицо было искажено гримасой ужаса, да настолько, что сейчас она действительно напоминала Джонатану уродливую ведьму.
- Молчать! Я не допущу этого! – Он протянул ей руку, пытаясь помочь встать, но Анна не принимала его помощи и прикосновений.
Она слышала плач мальчика, которого любила большего всего на свете.
- Я ничего тебе не обещал, – тихо сказал Джонатан, встряхивая девушку за плечи.
Взгляды бывших любовников встретились – в глазах у обоих еще тлели огоньки ненасытной страсти, но теперь она была еще более запретной и разрушающей, чем прежде.
- Ты… Бездушная скотина, тварь и подонок, каким всегда был! Ты…
- Между нами был просто секс. Я не смог совладать со своей похотью и если бы верил в сверхъестественное, то был бы уверен в том, что ты этому посодействовала.
- Ах, так! - взревела Анна, ненавидя мужчину, которого еще несколько недель назад боготворила. – Я прошу оставить меня, Джонатан… Я буду твоей любовницей… Буду кем угодно. Только оставь меня рядом с сыном…
Она умоляла, заклинала, просила его только об одном. Но Джонатан избегал ее синих глаз, которые могли убедить в чем угодно, и оставался непреклонен.
- Вся ваша семья сгорит в аду. А мой сын… Он еще себя покажет. Оставляя его у себя этого Ангелочка… - Она жалобно всхлипнула, прислушиваясь к голосу малыша, который плакала в кроватке. – Ты берешь под свое крыло Дьявола.
- Что ты несешь? Ты мне угрожаешь? – Джонатан не понимал, к чему клонит эта сумасшедшая.
- Еще как! Я никого не пожалею! – Вдруг Анна встала с колен и расправила плечи, закрыв глаза. Руки ее поднялись вверх, а губы зашептали слова, значения которых Джонатан не знал, да и не хотел знать. – Дерьмьен дер… ванто. Лааасаар, – повторяла она, пока король не прервал ее бредни одним метким ударом по щеке.
Она только пошатнулась, приложив ладонь к своей коже. Он часто бил ее в порыве страсти – она уже привыкла. Но сейчас этот удар имел совсем другое значение, и он окончательно раздавил все ее надежды на то, что она еще может вернуть бывшую связь с Джонатоном.
Ее заговоры рассеялись. Все ритуалы потеряли силу. Любовь Джонатана к Кэтрин была слишком сильной, и она больше не могла держать его ничем, сколько бы не подливала свою кровь ему в вино.
- Ведьма, ты сумасшедшая. И что я в тебе нашел? – шептал король, сотрясаясь от гнева. Слишком сложные чувства и эмоции он испытывал к этой женщине.
Слишком сильно был привязан к ней, пусть и не любовью – настолько, что даже не мог отпустить ее вместе с сыном.
Джонатан был жутким собственником и не хотел даже думать о том, что принц, пусть и полукровка, будет скитаться где-то там, за океаном, даже не догадываясь о том, какой он – его отец.
Теперь, объясняясь с Кэтрин и вспоминая сцену расставания с Анной, он, наконец, обрел уверенность в том, что жена простит его.
- Кэт… - слишком нежно для своего характера произнес он, взяв жену за руки. – Ты же знаешь о моих чувствах к тебе. Ты единственная женщина для меня.
