Дам ему лапой еще на входе, решил Мотыль. Жалко дурачка, хороший он, безобидный, и едой делится – а еда у него вкусная, и смотреть на него умора, и соседских котов он гоняет будь здоров, как положено… А все-таки виданое ли дело, чтобы на городской совет котов приходить с собакой!
Вот и перекресток. Надо добежать до подземного перехода, внутри есть лаз еще поглубже. А там я ему как раз каак засвечу в нос… На верхней ступеньке перехода с чрезвычайно скучающим видом сидел Бисс.
– Ты последний, приятель, – сказал он томно. – Иди за мной.
Мотыль очень быстро оглянулся. Бублик печально тряс ушами у мусорного бака метрах в ста. Вот и хорошо. Вот и ладненько.
Они с Биссом пробежали в переход и нырнули в лаз. Мотыль и сам отлично знал дорогу в подсобку за бывшим торговым центром, но сегодня Майко, видно, решила зачем-то выставить охрану. Зачем? Если слухи правда, то от Бисса, хоть он и хороший боец, толку, как от раскоряки.
В подсобке надпись «Вход воспрещен» освещала добрых три десятка котов и кошек разного возраста – Мотыль узнавал своих, но были и какие-то помоечные оборванцы – без уха, в колтунах, один без хвоста, и незнакомый желтоглазый ангорец, и какая-то трехцветная, сильно беременная кошка. Майко, видно, пригласила народ с окраин. Сама она сидела на ящике из-под пива – огромная, серо-черная, гривастая. Кисточки на ее ушах вздрагивали.
– Все собрались? – голос у нее был тяжелый, взгляд тоже. Старая Майко, больше всех других, даже больше котов, хитрая, ловкая, умная…
– Так знайте и другим скажите, – продолжала старая кошка, – что не слухи это. Сама была. Сама видела. Тигр пришел.
Кошачье собрание будто взболтали – общее «мааау!» наполнило подсобку. И еще какой-то звук – нелепый и очень-очень Мотылю знакомый. Он обернулся и увидел, что настырный Бублик пролез через дыру и теперь, как ни в чем не бывало, отряхивался. Уши его хлопали, как трещотка.
– А это еще что такое?
– Это я, – сказал в наступившей мертвой тишине бедолага-вторженец. – Я, Бублик.
С двух сторон к нему медленно, плавно подвигались Бисс и Бастер – два самых безбашенных бойца, Бастер как-то порвал бульдога, а уж этого комнатного недоноска он пришибет и даже не почешется.
– Это-то я вижу, – сказала Майко. – Сюда ты как попал? И зачем?
– По запаху. Матушка кошка, я по делу пришел. Я слышал, что вы тут про тигра обсуждать будете.
Бастер уже стал напрягать мышцу левой передней лапы. Полуторасантиметровые когти, останется дурак без глаза в лучшем случае…
– Ну, будем. Но тебе здесь места нет.
– Есть, матушка, – пес заметил бойцового кота и облизнулся. – А как же. Ведь тигры – они и собак едят.
Кажется, не выдержал кто-то из помоечных – завыл и от избытка чувств бросился на стену, распластался и упал на кого-то из собратьев, тот тоже заорал дурниной. Во мгновение ока подсобка превратилась в кошачий концерт.
– Тихо! – рявкнула Майко. – Тихо! Полоумные!
Коты и кошки осели, как тесто. Они еще гнули спины, показывали клыки и шипели, но хотя бы прекратили скакать и завывать. Мотыль и сам опомнился и увидел, что Бублик по-прежнему сидит у входа и тоже вполне по-кошачьи скалится и играет загривком. Вот же раскоряка упорная!
– Всем молчать и слушать! Собака… пусть сидит, отойди от него, Бисс. Итак, тигр – это не шутка. Я сама ходила на карьер и видела его.
– Ой, мамочка, – прошептала какая-то совсем еще молодая кошка. – Ой, я боюсь.
– Это настоящий большой зверь. Он один – а вовсе не стая, как некоторые тут рассказывают…
«А я что… а я ничего… у меня в глазах двоится… старые раны», – забубнил делегат от Мельничных, Василий, сидящие рядом зашикали.
– Но даже один тигр – это неслыханное дело. В городе!
– За городом, – пискнул кто-то из молодых ученых котиков.
– За городом, – согласилась Майко. – Невелика разница. Вопрос в том, что теперь нам делать и как быть котам и кошкам этой местности.
– Да что же делать, – проныл Василий. – Тигр – он ведь большой…
– Дело не в том, большой он или нет. А в том, кто он нам.
– Тигр – царь зверей! – сказал рыжий помоечный делегат – без левого верхнего клыка, с рваным ухом и весь в колтунах. Сидевшая рядом черная кошка с манишкой съездила его по загривку: «Лев – царь зверей, морда ты рваная!»
– Даже если бы и лев, – сказала Майко, – котам и кошкам он не царь. Маленький глупый пес прав, между прочим. Мы – не просто звери, мы – звери, живущие возле людей. И кто его знает, не станет ли он на нас охотиться.
– И на нас, – вздохнул Бублик.
– С другой стороны, – продолжала Майко, сверкнув на Бублика огненным глазом, – тигры тоже кошачьей крови. И кто знает, не должны ли мы защитить его.
– Да от кого же его защищать?
– Ах, от кого же его защищать! – съязвила Майко. – Да от Охотника!
