Проктология счастья полностью

Только имейте в виду: любая болезнь — это не столько физическая патология, сколько патология сознания. Системы отношений с миром. Патология механизма приятия. Именно с этим нужно работать и в первую очередь, и в большей степени.

Болезнь становится физическим недомоганием только после того, как ее неоднократно проигнорировали на внешнем плане в виде предупреждения о надвигающейся опасности. Любые ситуации, вызывающие чувство досады, обиды, возмущения, несогласия, — суть такие сигналы.

Вы начали работать с физической проблемой? Ждите неизбежного обострения всего, от чего вы когда-то отмахнулись. А как иначе? Ведь вы дали заявку на пересмотр былых отношений, на то, что «вы так больше не будете» (никогда, никогда!), что ж — получайте то, на чем когда-то споткнулись. Учитесь не спотыкаться.

Взяли свое вновь вспыхнувшее напряжение и несогласие, отследили в себе ощущения, их сформировавшие, — а дальше по схеме. Разницы между внешним и внутренним нет никакой. Смеетесь до состояния достаточности — обида в вас растворяется, возмущение перестает душить, несогласие сменяется состоянием «ну и что?».

Делаете это параллельно с конкретной работой над своей «физикой». Это крайне важно. Невозможно вылечиться от болезни, оставшись прежним. Все, что вы делали до сих пор, было всего лишь попыткой обмануть себя. Спрятаться. Хватит, наверное. Ведь это не что иное, как игра в прятки со своим Счастьем. Вначале мы от него прячемся, а потом начинаем хныкать, дескать, покинуло оно нас.

Точно так предлагается работать со всеми так называемыми внешними проблемами. Со всеми стихийностями и случайностями.

— Случайность, — смеется Дурак, — это возможность снаружи увидеть себя изнутри.

Цените это и не пройдите мимо.

Любое внешнее событие проявлено в нас вполне конкретными ощущениями. Наша задача — полноценно их прожить и с ними проинтегрироваться. Разомкнуть пространство проблемы и смело в него войти. А затем свидетельствовать об исчезновении из жизни всего, что ранее ее отравляло.

Вибрация смеха создает полную иммунность от любого внешнего воздействия. Пока мы в смехе, мы защищены от всего. Почему? Да потому, что ни от чего не защищаемся, что всему открыты и все принимаем. Для воздействия совершенно необходима точка приложения силы, по сути — точка сопротивления. Иными словами, воздействовать можно только на то, что сопротивляется.

Работа с вибрацией смеха неизбежно приводит к состоянию, в котором сопротивление внешнему миру исчезает буквально на клеточном уровне. На уровне рефлексов, более того — на уровне дорефлекторном. Что это значит и к чему может привести, мы поговорим несколько позже, когда начнем исследовать тему полной прозрачности.

Но уже сейчас можете быть полностью уверены — пока вы в смехе, пока наполнены смеховой вибрацией — воздействовать на вас невозможно. Не получится на вас повлиять ни ментально, ни эмоционально, то есть — через переубеждение или волевое давление. Невозможно сглазить и не удастся навести порчу. Несчастные случаи обойдут вас далеко стороной, равно как всевозможные эпидемии и повальные увлечения.

Такая вот Дурацкая неуловимая миру сущность начинает все больше прорастать внутри нашего естества. Пусть себе растет, нас от этого нисколько не убудет, а вот прибывать начнет со страшной силой. Принимаем все.

...Только не спешите биться в конвульсиях оптимизма. Воспринимайте обозначенную мною перспективу, как и все прочее, — понарошку. А это значит — как данность, как неизбежность, как неотвратимость. И вот тогда-то у вас все и получится, тогда все и выйдет.

А как получится — не упустите Дурака своего услышать. Пригодится.

— У тебя все вышло? — хохочет Дурак. — Не забудь спустить воду!

Расколдовать пространство

Существует достаточно света для того, кто хочет видеть, и достаточно тьмы для тех, кто не хочет.

Блез Паскаль

— Грех жаловаться на темноту тому, у кого в руке выключатель, — смеется Дурак.

— Это тебе только кажется! — хохочет он. — Как, что? Все!

Погрузимся в сказку, друзья... В ту самую, где живут долго и счастливо и умирают в один день. Где удачи полный короб и полцарства в придачу. Где лягушкам прямой путь в принцессы, а чудищам — в принцы. Где Кощей с Ягой и Горыныч с Лешим...