– Ах да, я забыл, – сказал Лозериль, – постарайся так запереть, как было… два раза поверни ключ. Я хочу посмеяться над капитаном, он как-то уверял меня, что никогда не теряет головы при проигрыше.
Управляющий уже переступил порог, как вдруг внизу лестницы послышались тяжелые шаги.
– Это капитан идет, – прошептал Колар на ухо молодому человеку.
– Он встретится с тобой.
– Конечно.
– Досадно. Мне бы не хотелось, чтобы этот болтун знал, что у меня есть особа, которую надо предупреждать, если я не возвращусь вечером домой, – сказал Лозериль, стараясь скрыть, почему он действительно не желал встречи между управляющим и Аннибалом.
Управляющий довольствовался этим объяснением и тотчас же отвечал:
– Да, это правда, пусть лучше он не знает, что я приходил к вам.
И, вернувшись опять в комнату, Колар пошел в противоположный угол, как бы надеясь найти другой выход.
– Куда ты идешь? Разве тебе хочется встретиться с капитаном? – с удивлением вскричал молодой человек.
Этот вопрос привел в себя старика, и он едва слышно пробормотал:
– Я совсем растерялся и сам не знаю, что делаю.
– Да, кажется, что так; я думал, ты хочешь спрятаться за кресло, которое стоит в том углу.
– О! – вскричал управляющий. – Я придумал. Будьте спокойны, этот проклятый великан не встретит меня.
– Что же ты сделаешь?
– Я спрячусь на чердак и сойду только тогда, когда он уже будет здесь.
– Ну отлично, уходи скорей, да не забудь запереть дверь на ключ.
Колар поспешно скрылся, но не забыл запереть – замок щелкнул два раза. После его ухода Лозериль весело вскричал:
– Ну наконец-то! Простодушный старик и не догадывается, что он поможет мне отомстить, если уж не удастся спастись.
Но в ту же минуту он вспомнил, как старый управляющий направился было в другой угол комнаты и как он быстро остановился, словно поняв свою ошибку, и потом стал уверять, что действовал под влиянием испуга.
«Странно! – подумал Лозериль. – Старик так уверенно шел, как бы зная наверно, что там есть выход. Надо посмотреть, может быть, и я найду его».
Молодой граф подошел к стене и начал рассматривать обои, но нигде не было ни малейшего отверстия или неровности. Он уже хотел постучать в стену пальцем, но шум шагов медленно поднимавшегося Фукье напомнил ему об угрожающей опасности.
«Надо действовать решительно», – подумал Лозериль, становясь против входа.
Аннибал подошел к двери и уже повернул ключ.
– Настала минута борьбы с этим разъяренным быком, – прошептал молодой человек, меняясь в лице.
Дверь отворилась, и на пороге показался капитан. Он тоже ждал нападения и держал шпагу наготове. Но при виде своего вооруженного пленника он грубо расхохотался.
– Что это вы делаете, мой милый граф, со шпагой в руке? Кажется, вы здесь были одни.
– Я не знал просто, как убить время, ожидая вас, мой дорогой Аннибал; а позвольте вас спросить, зачем вы вынули свою шпагу?
– Я имею привычку чертить на песке круги, когда думаю о чем-нибудь.
– Ах да! Правда, вы ведь и ушли для того, чтобы подумать. Могу ли я узнать, любезный капитан, результат этих дум?
– А вам очень хочется знать, дорогой граф? – проговорил Аннибал, делая какую-то странную гримасу.
– Все, что касается вас, интересует меня.
– Это и вас касается.
– Тем более я хочу знать.
– Если вы непременно желаете, то я вам скажу мое решение: я хочу пополнить мою вторую дюжину.
– Дюжину чего?
– Дюжину людей, которых я имел честь убить на дуэли. Еще только прибавить одного, и у меня будет ровно две дюжины. Эта фантазия явилась как-то случайно, точно зубная боль. И я уверен, что не усну спокойно, если лягу в постель, не исполнив того, что задумал. Но я надеюсь, что вы будете так любезны и дадите мне спокойно провести ночь.
– Так это вы меня хотите убить на сон грядущий?
– Именно вас… и так как я хочу лечь пораньше, то вы, вероятно, не станете меня задерживать.
И с этими словами Аннибал встал в оборонительную позу. Но Лозериль, вместо того чтобы последовать его примеру, неестественно расхохотался.
– Ну как вы ни спешите добраться до постели, а все же дадите мне время предложить вам один вопрос.
– Конечно, спрашивайте что хотите.
– Почему вы выбрали именно меня для пополнения вашей дюжины?
– Если я вам скажу причину, то вы не поверите.
– Все-таки скажите.
– Извольте, из дружбы.
– Неужели?
– Уверяю вас, из искреннего расположения к вам я хочу вас вылечить от одной неприятной болезни.
– Какая же это у меня болезнь?
– Любопытство, мой друг. Да, вы имеете слабость совать свой нос в чужие дела. Сперва вы подглядываете, потом выводите свои заключения, а главное, придумываете небылицы.
– Уверены ли вы, что я придумывал небылицы, мой милый Аннибал?
– О да, уверен, а у вас очень живое воображение. И люди, испытавшие на себе ваш талант, говорят наконец: «Все, что он рассказывает, есть чистейшая ложь! Но так как он может рассказать свою сказку другим, а те поверят ему, то не лучше ли сейчас же заставить его замолчать».
– Должно быть, вы советовались с вашей дочерью и она-то нашла верное средство заставить меня замолчать.
– Ничуть не бывало. Дочь моя, клянусь вам, не разделяет моей заботы об исцелении вашего недуга.
