Но на этот раз успокоение не наступало. Из головы не шли тревожные мысли. Что означало назначение Ермакова? Какие неприятности сулит предстоящий бракоразводный процесс Белоусов? Как расценить сегодняшнее поведение Авдеева?
Владимир Харитонович в разговорах касался только служебных дел и не пролил даже толику света на положение Измайлова. Это Авдеев, который был всегда с ним откровенен, даже тогда, когда правда была не очень приятной! «Неважно» — вот и все.
«Неужели так плохо? — думал Захар Петрович. — Но почему руководство областной прокуратуры медлит? По существу, все подробности и факты, касающиеся моего злополучного пребывания в доме Белоусов, наверняка известны Зарубину… Может, остановка лишь за преемником?»
Но это были лишь догадки. Возможно, начальство считало иначе. О суде думать было и вовсе муторно. Пришлют повестку. Не явиться — нельзя. К тому же это значило бы признаться в том, что испугался правды. Поехать — как вести себя ему, прокурору, в качестве свидетеля, то есть «соблазнителя»?
Короче, выходило по пословице: куда ни кинь — везде клин.
Испортив несколько заготовок, Захар Петрович собрал инструмент и лег спать. В окне занимался рассвет.
На работу он пошел совершенно разбитый. И это не осталось незамеченным. Зашедшая к нему Гранская не удержалась и сказала, что у него нездоровый вид.
— Заботы, — буркнул Захар Петрович.
— Будьте настоящим начальником, — пошутила Инга Казимировна. Перекладывайте заботы на подчиненных.
Он не нашелся, что ответить на шутку, и сказал:
— Вижу, вы с новостями…
— По-моему, дело Зубцова приобретает совсем иной оборот, — сообщила Инга Казимировна и, спохватившись, спросила: — Не заняты?
— Давайте выкладывайте, — поспешно сказал прокурор. Пожалуй, даже слишком поспешно: не догадалась бы Гранская, как худо ему на самом деле.
— Провели две экспертизы. — Инга Казимировна открыла «дело». Судебно-медицинскую…
— Повторную? — уточнил Измайлов.
— Да. Эксгумировали труп Зубцова… Понимаете, Хлюстова в своем заключении делает категорический вывод: во время аварии Зубцов находился рядом с шофером, а не за рулем.
Гранская передала прокурору «дело». Он внимательно прочел заключение.
— Вторая экспертиза — химическая, — продолжила Гранская. Исследовали микрочастицы краски на одежде погибшего. Тоже с целью узнать, где сидел Зубцов.
— Ну и?.. — оторвался от чтения Измайлов.
— Следующий лист.
Заключение эксперта-химика не было столь категоричным, как судебно-медицинское. На одежде Зубцова обнаружили микрочастицы краски как с баранки, так и с панели перед правым сиденьем.
— Ну, это понятно, — объяснила Гранская. — Машина же его. Сколько раз Зубцов касался этого руля одеждой…
— Выходит, показания того шофера с автобазы подтвердились?
— Считаю, на сто процентов…
— И какие после всего этого выводы?
— Я почти уверена — это преднамеренное убийство.
— Все-таки «почти?» — улыбнулся Захар Петрович.
— Сами знаете, какие сюрпризы иногда может преподнести жизнь.
— Верно, — согласился Захар Петрович. И подавил вздох: он сам получил «сюрпризец». Еще неизвестно, чем все кончится в Рдянске. — Допустим, убийство. С какой целью?
— Как говорят в плохих фильмах: он слишком много знал… Я имею в виду тот злополучный чемодан.
— Вы связываете?
— А как же!
— Но это уж слишком на поверхности.
— Иной раз мудрствовать тоже вредно. Я считаю, что основной упор надо делать на эту версию.
— И все-таки не забывайте о других, — посоветовал прокурор. — Что можете сказать о предполагаемом убийце?
— Пока ничего.
— А внешние приметы?
— Откуда? Зеньковецкий, ну, шофер, который видел их у переезда, шофера не разглядел. Шляпа и темные очки — не примета.
— Это не мог быть человек, принесший чемодан в радиомастерскую?
— Тот человек — миф!
— Почему? — спросил Измайлов.
— Да вы только посмотрите, какие противоречивые показания у Зубцова. — Гранская взяла «дело», нашла протоколы допросов погибшего. Глаза то серые, то голубые, то коричневые. А цвет костюма? Сплошные противоречия.
— Да, Глаголев в свое время тоже обратил внимание на это.
— Между прочим, показания Зубцова, его поведение лишний раз доказывают, что чемодан с дефицитом оказался в мастерской не случайно…
— Думаете, радиомастер замешан в спекуляции?
— Подтверждений этому пока нет. Но и убрали его не просто так… Короче, Захар Петрович, сказать, какую он играл роль, сейчас трудно. Будем работать…
Гранская ушла. Измайлов вызвал Ракитову.
— Подготовили справку? — спросил он. — По результатам проверки завода?
— Сегодня закончу.
— Хорошо. — Измайлов посмотрел на календарь: пятница. — Можем пригласить Самсонова на понедельник?
— Лучше на вторник, — сказала Ольга Павловна.
— Договорились. Позвоните, пожалуйста, Глебу Артемьевичу. Скажите, что необходимо также присутствие председателя профкома и главного бухгалтера…
Вечером Захар Петрович со всей семьей отправился в Матрешки. Поехали рейсовым автобусом, затем шли пешком через лес. По дороге Галина все пыталась выяснить у мужа, как они распорядятся отпуском.
