Кто только пустил этих крестьян в квартал знати? Где проклятые гвардейцы, где хоть кто-нибудь?!
- Он еще спрашивает, что случилось! – смеялись лица.
- Где золото, отобранное у крестьян Западного Края? Говори, куда ты его дел!
- Народ погибает, а они только жиреют!
- Смертокрыла на вас нет!
- Хватай его, ребята-а-а-а! – пронесся ветром чей-то истеричный крик, и сердце Лэнгсворта ухнуло в пятки.
- Я лорд Лэнгсворт! – выкрикнул он, вновь оказавшись по одну сторону с обезумевшей толпой. – Прошу у короля убежище! Убежище!
Гвардейцы оставались неумолимы. Маги в лиловых робах, сбившись в круг, водили руками вдоль изгороди, ограждавшей королевский замок. На глазах у Джона прочный лед сковывал железные завитушки, покрывал инеем рычащие львиные морды. Немного поодаль разминалась группа боевых магов. Вспыхивали, как фейерверки, огненные шарики, готовые врезаться в грудь любого, кто еще раз попробует перелезть в королевский сад.
Толпа живым тараном врезалась в железную ограду. Те, кто первыми коснулись зачарованной изгороди, на несколько секунд застыли, скованные магией льда. Долгая заморозка могла попросту убить их, а король четко приказал – «Никаких жертв».
Наперерез толпе Джон кинулся к водному каналу около дворца. Крестьяне уже не замечали его. Теперь перед ними возвышался прекрасный, белокаменный, с позолоченными фресками и статуями замок.
Лорд Лэнгсворт с криком прыгнул в светло-зеленые волны. Вода сковала его ледяными объятиями. Но он поплыл по каналу вперед, надеясь, что не запутается и все же доплывет до квартала дворфов. Уж кто-то, а дворфы-то не могли поддаться этому безумию. А еще у дворфов есть горячий эль, который приведет Джона в чувство. Если только он не подхватит воспаление легких до того, как доберется до дворфов и их эля…
