Во время нашей поездки в Америку в 1987 году состоялась долгожданная встреча с Володей и Ирой. Этому предшествовала записка Володи, как всегда, исполненная юмора и дружеского чувства.
Наступила горбачевская эпоха, и никто толком не знал, во что это может вылиться. Существовала общая растерянность: западные интеллектуалы, и в том числе русские диссиденты, оказавшиеся на Западе, с подозрением относились к тому, что происходит в России. А русские свободомыслящие деятели культуры боялись спугнуть зреющие перемены, несомненно им в душе сочувствуя. Между сторонами существовал причудливый диалог, исполненный взаимного недоверия, в который жизнь вносила свои поправки.
Когда мы ездили во второе турне по городам США, Володя Войнович тоже ездил по Штатам в связи с выходом его книги “Москва –2042”.
И вот 7 мая 1987 года произошла наша встреча в доме Светланы Харрис в Нью-Йорке. Мы с Беллой прилетели из Вашингтона после того, как проехали всю Америку с выступлениями. По счастливому стечению обстоятельств к нам в гости в этот день пришли многие наши московские и американские друзья: Битов и Чухонцев, Алешковский с женой Ирой и несколько позднее Войнович с Ирой. Мы устроили импровизированный обед.
Наша прекрасная Светлана была исключительно гостеприимна, но мне все равно показалось, что необходимо выехать в какое- то общественное место, чтобы закончить вечер там. И по моему выбору мы поехали во французское кафе “Фигаро” в Гринвич-Виллидж – центр нью-йоркской богемной жизни. Там можно было ночью съесть луковый суп и выпить рюмку кальвадоса. А после мы бродили по ночному Нью-Йорку и бесконечно говорили о событиях, накопившихся за это время.
На следующий день, когда мы встретились в мастерской Эрнста Неизвестного, к нашей компании добавился мой двоюродный брат Азарий.
