• Густав Герлинг в западногерманском “Меркуре” написал, что роман Пастернака «ни в коем случае нельзя считать полностью удавшимся произведением: он населён фигурами с очень слабо очерченной психологией, хаотичен в построении»[369].
• Грэм Грин назвал роман «нескладным, рассыпающимся, как колода карт[370].
• «Мне кажется, – признавался французский критик Андре Руссо, – что реализм Пастернака… весьма недалёк от банальности и даже вульгарного натурализма. Как бы то ни было, в данном случае не ощущаешь той неодолимой силы, с какой обычно захватывают нас великие произведения…»[371]
Леонид Баткин (Израиль): «Доктор Живаго» – вещь провальная, если не на сто процентов, то по крайней мере с девятой главы второй книги… В книге нет ничего, что бы стоило любить, кроме пейзажей и стихов – или описания поэтической работы…Это поистине роман без героя, без героев»[372].
Надо сказать, что «Доктор Живаго» не менее критично был воспринят и рядом отечественных писателей и критиков, высоко оценивающих в целом литературный дар Пастернака:
• Корней Чуковский: «Роман его я плохо усвоил, но при всей прелести отдельных кусков, главным образом относящихся к детству и к описаниям природы, он показался мне посторонним, сбивчивым, далеким от моего бытия – и слишком многое в нем не вызывало во мне никакого участия»[373].
• Александр Гладков: «В „Докторе Живаго“ есть удивительные страницы, но насколько их было бы больше, если бы автор не тужился сочинить именно роман, а написал бы широко и свободно о себе, своем времени и своей жизни. Все, что в книге от романа, слабо: люди не говорят и не действуют без авторской подсказки. Все разговоры героев-интеллигентов – или наивная персонификация авторских размышлений, неуклюже замаскированных под диалог, или неискусная подделка»[374].
Михаил Шолохов: «Это бесформенное произведение, аморфная масса, не заслуживающая названия романа»[375].
С критической оценкой выступили и некоторые друзья Пастернака. Так, например, Ариадна Эфрон (дочь Марины Цветаевой и Сергея Эфрона) в одном из писем Пастернаку в 1948 г. написала следующий отзыв на этот роман: «Теснота страшная, столько судеб, эпох, городов, лет, событий, страстей, совершенно лишённых необходимой кубатуры, воздуха. Герои буквально лбами сталкиваются в этой тесноте»[376].
Многолетний друг Пастернака Варлам Шаламов писал в 1971 году: «Доктор Живаго» писался по писательским рецептам Толстого, а вышел роман-монолог, без «характеров» и прочих атрибутов романа XIX века… Художественный крах «Доктора Живаго» – это крах жанра. Жанр просто умер»[377].
Исаак Дойчер о романе Пастернака
